Книга Мое темное желание, страница 200 – Паркер С. Хантингтон, Л. Дж. Шэн

Вера оторвала вторую пару ресниц, прихватив с ними кожу.

— И как этот мудак нас отблагодарил? – Она указала в потолок. – Завещанием, согласно которому нам доставалась только крыша над головой.

— А тебе никогда не приходило в голову, что он оставил мне все, что мог, потому что никогда не чувствовал, что ты его ценишь? Ему пришлось отправить свою дочь за океан, чтобы избавить от издевательств со стороны своей жены. Пока был жив, он выбирал тебя. Поэтому после смерти выбрал меня. Как, по-твоему, справедливо?

Я не стала говорить ей, что все равно поменялась бы с ней местами. Что отдала бы каждый пенни за то, чтобы он выбрал меня, пока еще был жив. Почему он не выбрал меня?

— Справедливо? Мы бы остались ни с чем. – Вера тяжело дышала от крика. – Что бы нам оставалось делать?

— Работать.

— И я работала. – Вера сняла золотую сережку. – Воровала кошельки в торговых центрах с тех пор, как мне исполнилось пять лет. Хватит с меня.

— Потому что ты дошла до того, что стала убивать ради денег.

— Ты ничего не видишь за пределами своих привилегий. Ты не бросала школу в двенадцать лет, чтобы зарабатывать деньги для матери и братьев. Тебе никогда не приходилось торговать своим телом за пакет продуктов. Работать? Я свое отработала. Мое тело отработало. – Она указала на Реджи и Тэбби. – Как, по-твоему, они у меня появились?

Я верила ей. И верила, и жалела, и все же – все же – ненавидела ее. Она не имела права убивать моего отца.

— Мам. – Реджи топнула ногой. – Ты говорила, что мой папа погиб на войне.

Тэбби почесала висок.

— А мой утонул, спасая раненого дельфина.

Вера оставила их без внимания, снимая вторую серьгу.

— Мне не исполнилось и двадцати двух, а я уже оказалась с младенцем на руках и беременна вторым ребенком. Подгузники, смеси, больничные счета. Мне все это осточертело. А потом твой отец поселился по соседству с моим сутенером. Я поняла, что напала на золотую жилу.

Она сунула Тэбби в руки свои серьги диаметром с баскетбольное кольцо.

— У меня был назначен прием у гинеколога перед рождением Реджи, поэтому я попросила его присмотреть за Тэбби. У меня был жар, который никак не проходил. Твой отец позволил мне остановиться у него. Он всю ночь не ложился спать и присматривал за мной, пока не спала температура. Через два месяца я переехала к нему окончательно.

Стоящий рядом с ней Андраш не сводил глаз с Веры, с ее губ, будто впервые услышал о ее прошлом.

— Мой сутенер уехал после того, как твой отец ему заплатил. – Вера шагнула вперед. – Впервые в жизни я обрела все. Двое детей. Дом. Привлекательный муж. А потом объявилась ты. Требующая постоянного внимания. Жадная до его времени. Вечно плакала, чтобы тебе дали бутылочку или взяли на руки.

— Я была совсем маленькая. Я делала то же, что и все малыши.

— А как же Реджи? Она тоже была всего лишь малышкой. Он даже посмел попросить, чтобы я дала и тебе грудного молока. А ты вообще не мой ребенок. – Вера все наступала на меня медленным, размеренным шагом. – Как только он увидел тебя в той коробке, я сразу поняла, что ты все испортила. Ведь как он на тебя смотрел… Нам с Тэбби и Реджи он сочувствовал. А тебя он любил.

Я вцепилась в Реджи еще крепче, едва поняла, как близко подобралась Вера. Я даже видела зеленые крапинки в ее безжизненных глазах.