Книга Мое темное желание, страница 103 – Паркер С. Хантингтон, Л. Дж. Шэн

Зак Сан: Из некоторых тюрем легче сбежать, чем выйти из этого чата.

Олли фБ: Ладно, так кто та несчастная женщина?

Ромео Коста: Наверное, зануда, трижды удостоенная Нобелевской премии в области технических дисциплин.

Олли фБ: Мимо. Ставлю на новую горничную.

Ромео Коста: Ту, что разнесла его в го?

Зак Сан: Повторяю в последний раз: она меня не разнесла.

Мы еще играем.

Олли фБ: Причем в очень веселую игру. Почему меня не позвали?

Зак Сан: Ты не играешь в го.

Олли фБ: НА ИГРИЩА В САУНЕ.

Зак Сан: Потому что предпочитаю, чтобы секс проходил без дополнения в виде сифилиса.

Ромео Коста: Это официальное подтверждение тому, что ты с ней переспал? [Эмоджи: улыбающееся лицо со слезами на глазах]

Олли фБ: Я впервые получил конкретные доказательства тому, что Зак не девственник.

Ромео Коста: Заткнись, Ол.

Олли фБ: А я думал, что он собрался обручиться с врачихой.

Зак Сан: Обручусь. Скоро.

Ромео Коста: Ты серьезно?

Олли фБ: То не имел вообще никакой личной жизни, то стал Беллой для Золушки и Эдвардом с Джейкобом для доктора Отлижи. Браво, @ZachSun. Браво.

Зак Сан: Доктора Отлижи?

Ромео Коста: Эйлин Отлижи [Эмоджи: недовольное лицо]

Олли фБ: [Эмоджи: лицо с высунутым языком]

Олли фБ: Кстати, любовные треугольники – мой любимый троп.

Ромео Коста: Ты не читаешь.

Олли фБ: А причем тут чтение? Я про порно.

Олли фБ: Просто загугли: «Две медсестрички и коп». Поблагодаришь потом. Только смотри через айфон, чтобы не подхватить вирусы.

Ромео Коста: Повторяю в миллионный раз: айфоны тоже подвержены вирусам.

Олли фБ: Ах, отстой. Это объясняет перевод в два миллиона Аните Хаанджаб.

Зак Сан: В обоих случаях любовь ни при чем.

Олли фБ: Продолжай себя в этом убеждать, пока нарушаешь все свои правила ради Золушки.

= Зак =

Первый сигнал о том, что мне нужно остановить катастрофу, в которую превратились мои временные отношения с Фэрроу Баллантайн, пришел, как ни странно, от Натали.

Она подловила меня в оранжерее, где я сидел за шестью ноутбуками, тщетно пытаясь следить за несколькими рынками на крошечных экранах в двенадцать дюймов.

— С вашим кабинетом что-то не так?

Да. Там Фэрроу.

Я не избегал ее. Напротив, это она все три дня, прошедшие после инцидента в сауне, обходила меня стороной каждый раз, когда я показывался из-за угла. Время от времени она заглядывала в мой кабинет, возвращалась к нашей партии в го и ставила камень то тут, то там, но только в мое отсутствие. А это, как ни печально, вынудило меня расположиться в противоположном крыле особняка.

Я не отрывал взгляд от экранов.

— Зачем пришла?

— Просто беспокоюсь.

Я тоже.

С каких пор я подстраивался под нужды другого человека, который не приходился мне кровным родственником? Вопрос получше: с каких пор Фэрроу Баллантайн стала той, с чьими мыслями, поступками и чувствами я считался?

Я вскочил с кресла, отпихнув его через всю комнату, чем напугал Натали. У нее чуть не отпала челюсть, когда я принялся расхаживать перед панорамными окнами. Туда-сюда. Туда-сюда. Я вот-вот взорвусь.

Три дня. Три чертовых дня.

Прошло три дня с тех пор, как Фэрроу вызвала меня на откровенный разговор в сауне, заставив сомневаться в собственном здравомыслии. Три дня с тех пор, как я чувствовал, как она кончает под моими пальцами, и мял ее задницу – ее тело, и при этом не испытал ни желания свернуться в клубок, ни тошноты. Три дня с тех пор, как тугие стенки ее мокрой киски обхватывали головку моего члена, сжимая ее изо всех сил.