Книга Бесчувственный Казанова, страница 160 – Л. Дж. Шэн

Наверное, мы с Риггсом могли продолжать в том же духе до истечения оставшихся трех недель. Он бы меня бойкотировал, а я пыталась бы держать хвост пистолетом и не расклеиваться.

Мы могли, но потом случилось нечто ужасное.

Тем вечером я ждала, когда Риггс вернется домой, сидя на диване и поглядывая на дверь. Не привыкший разочаровывать, он ввалился в половину седьмого с растрепанным видом и остекленевшим взглядом. Кинув рюкзак возле двери, бросил ботинки у стены и пошел прямиком к холодильнику.

Я встала. Надоело терпеть его наказания за то, чего я не делала. Я ясно дала понять, что у нас с Би Джеем все кончено. Если Риггс больше меня не хотел, на что имел полное право, то должен тактично положить всему конец.

— Как прошел день, хорошо? – вежливо поинтересовалась я, сцепив руки за спиной.

Пожав плечами, он взял из холодильника банку пива и залпом ее выпил.

— Где Микко? – Риггс огляделся.

— В своем лотке, какает, – процедила я сквозь зубы. Меня правда не заботили его выходки. – Нам нужно поговорить.

— Вижу. – Он окинул меня взглядом с не очень-то довольным видом. – Но придется с этим подождать, пока я не вернусь из Марокко. Я уезжаю сегодня вечером.

— Разговор не займет слишком много времени. – В моем голосе отразилась паника, и мне претило, что я вновь стала все той же слабой женщиной, какой была в отношениях с Би Джеем. Я пообещала себе, что больше никогда ею не стану. Риггс говорил мне о грядущей командировке, но я, видимо, перепутала даты.

— Извини, у меня вообще нет времени. – Он поплелся к вороху своей одежды в гостиной, взял несколько чистых вещей и засунул их в рюкзак.

— Ты не можешь уехать в Марокко. – Я понятия не имела, что побудило меня это сказать. Очевидно же, что он мог.

Риггс посмеялся, не отрывая взгляда от рюкзака. Закинул его на плечо и похлопал себя по карманам, дабы убедиться, что не забыл бумажник и паспорт. Для него отправиться в путешествие по миру – все равно что съездить на метро в Уильямсбург.

— Увидимся двадцать второго октября.

Он пошел к двери. Ярость подступала к горлу, и я до боли сжала кулаки, впиваясь ногтями в кожу.

— Чарли умрет сегодня ночью.

Риггс резко остановился, но не стал оборачиваться. Единственным признаком того, что он меня услышал, стал едва заметный кивок.

— И что прикажешь делать с этой информацией? – спросил он ледяным тоном.

— Попрощаться.

— Я и здороваться не хотел, – напомнил он, медленно оборачиваясь, чтобы посмотреть мне в глаза.

— Я знаю. – Я не дрогнула. Не отвела взгляд. – Но это случилось, так что нормальное прощание тоже должно последовать.

Риггс шумно выдохнул.

— Спасибо, что предупредила, но сомневаюсь, что это хорошая мысль.

Шагнув вперед, я не сдержалась и взяла его за руки. По мне будто прошел электрический разряд. Он был теплым, грубым, родным и больше не моим. И мое сердце разбилось вновь. Я ненавидела себя за то, что не призналась ему в своих чувствах, когда была возможность. Когда еще оставался крошечный шанс, что мы будем вместе.

Я сделала вдох.

— Поверь, ты пожалеешь, если не увидишься с ним, пока он не скончался.

— Откуда ты знаешь? – Риггс прищурился.

— Пускай я ненавижу своего отца и не видела его больше двадцати лет, но все равно хотела бы увидеться с ним, если бы он умирал. Это не ради его благополучия. А ради твоего.