Книга Бесчувственный Казанова, страница 152 – Л. Дж. Шэн

Он поморщился.

— Ты имеешь полное право злиться.

— Я не злюсь. – Я рассмеялся. – Я ужасно рад. Ты прав. Мне бы не понравилось жить под твоим крылом. В конце концов, я ведь мог в итоге стать таким же, как ты. Изможденным, одиноким мужиком, которому недолго осталось. Без семьи, почти без друзей и без связей. О, погоди-ка. – Я, нахмурившись, прижал пальцы к губам. – Я же сейчас как раз такой. Ну и ну. Зато тебе хотя бы не пришлось за этим наблюдать. Не волнуйся, дедушка любезно сыграл в ящик, когда я уже дорос до частной подготовительной школы, так что обошлось без приемной семьи. Само собой, мне приходилось оставаться в школе каждое Рождество и День благодарения, потому что меня некому было забирать.

Чарли сглотнул снова. Его взгляд затуманился. Я надеялся, что у него болезнь, при которой падаешь замертво, если заплачешь. Он это заслужил.

— Где ты проводил летние каникулы? – прохрипел он.

— Обычно уговаривал родителей кого-то из моих друзей забрать меня с собой на лето. Но я не хотел навязываться, поэтому, как правило, меня высаживали на полпути к их дому, и я путешествовал автостопом. У меня хотя бы были деньги на хорошие отели. Ты же в курсе, что у меня полно денег?

Он прикусил губу, понурив голову. Безмолвное «да».

Я склонил голову набок.

— Прошу, только не говори, что этот разговор состоялся, чтобы я оплатил твое длительное пребывание в больнице. Я лучше сожгу деньги. Буквально. В огне.

Он сердито заворчал и повернулся в коляске, чтобы не смотреть мне в лицо.

— Я бы никогда так не сделал.

— Конечно же, нет, – непринужденно сказал я, чувствуя, будто меня изнутри пожирают черви. – Ты придерживаешься высоких моральных принципов. Чуть не забыл.

— Мой поступок непростителен. Я не ищу прощения. – Его голос звучал строго и серьезно. Почти (и в этом настоящая ирония) как у настоящего отца.

— Тогда чего же ты ищешь? – Я скрестил руки на груди, прислонившись к стене. – Зачем вообще мне об этом рассказал? Нет, погоди. – Я выставил палец. – Сначала ответь: когда ты узнал? И как?

Чарли посмотрел на меня, будто ответ и так ясен.

— В первую нашу встречу. Было очевидно, что ты мой сын. Ты был похож на меня, говорил, как я, пах, как я. – Он замолчал и с огромным усилием поднял руку, чтобы опустить ворот больничной рубашки. – У нас у обоих родимое пятно в форме Южной Африки на шее. Похожее на острый клык.

Я машинально потянулся к шее.

— А теперь ответь на другой мой вопрос, – подтолкнул я. – Почему именно сейчас?

Чарли закрыл глаза.

— Потому что я умираю от редкого генетического заболевания. И оно могло передаться тебе.

* * *

Моя ненависть и потрясение встали на паузу. Он рассказывал мне о болезни Гентингтона, пока я сидел на скамейке рядом с ним и читал о ней в телефоне. Увидев головные боли в списке симптомов, я пронзил его ледяным взглядом.

— Ты говорил, что у тебя была дочь. Что она умерла в возрасте восьми месяцев. Это правда? – спросил я, припомнив, как мы вместе ездили работать в Гарлем.

Чарли попытался помотать головой, но застонал от боли.

— Нет. Но я не мог сказать тебе правду. Оставить тебя было все равно что оплакивать ребенка. Поэтому я так выразился.

— Не только паршивый папаша, но и лжец. Твои таланты не знают границ. – Я помолчал. – Даффи ведь в курсе, что ты мой отец?