Книга Год моего рабства, страница 108 – Лика Семенова

После ухода Пальмиры я не находила себе места. Проклятые листья! Я была уверена, что это она. Сама. Или девушки, которые убирались, доложили. Но Пальмира лишь качала головой — не она. И никто из рабынь не говорил о находке. Я верила.

Я сама не понимала, почему меня это так терзало. Всего лишь высохшие листья, которые, рассыпавшись, превращаются в настоящий мусор. Кого это может заинтересовать? Все это мнительность и постоянное ощущение тревоги. История с листьями была давней, по местным меркам, но никто ни в чем меня не обвинил… Пальмира уверяла, что все это уже можно забыть. Наверное, она была права — от меня здесь ничего больше не зависело. И этими мыслями я лишь изводила себя. Нужно думать о другом. Теперь — о другом.

Я сидела спиной к двери, согнувшись над чернеющей на ладони глянцевой пластиной навигатора. Готовая в любое мгновение сжать кулак. Простейший прибор, не требующий подзарядки. Пластинка, похожая на обычный адресный чип. Я нащупала точку активации на тонком ребре, прибор моргнул светом, и черную гладь заволокла паутина тонких линий, смешавшихся в невообразимую неразбериху. Но Пальмира была права — все предельно просто, если немного вникнуть. Пространство увеличивалось и уменьшалось, поворачивалось и фильтровалось. Мое сердце замерло, когда я смотрела на пульсирующую зеленую точку окончания настроенного маршрута. Сектор 0020D. К этой точке тянулся ломаный зеленый путь, который начинался в секторе 174R. Вероятно, сейчас я находилась именно там. Но… как же это было далеко! Бесконечный опасный путь, который могут прервать в любую минуту. И что будет, если меня снова переселят? Что выбрано отправной точкой?

Даже во рту пересохло. Я увеличила картинку до такой степени, что начала видеть схематичные контуры своей комнаты. Я зашла в самый угол, за душевую, и пересекла пространство по диагонали. Белая точка на приборе двигалась вместе со мной. Отлично! Значит, важна лишь точка прибытия, а прибор сам прокладывает маршрут.

Вдруг я увидела, как зеленая линия дрогнула, погасла. Белая паутина заходила ходуном. Я замерла от ужаса, и даже не успела ни о чем подумать, как изображение вновь прояснилось. Зеленая кривая какое-то время робко мерцала, потом стабилизировалась. Но я ясно увидела, что она изменилась, стала еще более изломанной — проклятые коридоры Кольер поменяли свое положение… Я вновь пересекла комнату по диагонали, убеждаясь, что настройка исправна. Исправна. Но… что я стану делать с этим сокровищем?

Теперь меня терзали более практические мысли. Мимолетная радость отлетела, как отголосок звонкого смеха. Мечта заполучить навигатор казалась несбыточной — поэтому мое воображение не простиралось дальше. Пальмира предостерегала ничего не прятать в помещении — только на себе. Но где? Я растеряно оглядела себя. Где можно спрятать, если меня могут раздеть в любую секунду?

Я чувствовала, как подступает паника. Теперь я обладала сокровищем, но не понимала, как его сохранить. Я металась по комнате из угла в угол, теребила почти высохшие волосы, перекинутые через плечо. Виски сжимало. Еще немного, и разболится голова. Я едва не плакала от отчаяния. Чтобы не повыдирать волосы, закрутила косу в объемную шишку на затылке. Совсем как у Пальмиры. Плотно подоткнула пряди, чтобы не развалилось. Жаль, не было заколок. Я ощупала гладкую шишку, которая не помещалась в ладони… и замерла, озаренная неожиданной идеей. На себе…