Онлайн книга «Год моего рабства»
|
— Что здесь происходит? Кто приказал? Легко шурша мантией, «подплыл» управляющий — полукровка-вериец, ровесник отца. — Распоряжение его светлости, ваше высокородие. Грейн посмотрел в розовое лицо. Все время казалось, будто управляющий только-только вышел из парной. — Это мой корвет. Управляющий кивнул: — Конечно, ваше высокородие. Но вы сегодня велели приготовить гербовый. — Не вижу связи. — Грейн наблюдал, как рабы вновь принялись за погрузку, вталкивая контейнеры в грузовой отсек. — Что это за багаж? — Багаж госпожи, ваше высокородие. Грейн даже какое-то время молчал, потому что внутри тревожно заходило: — Это еще зачем? Управляющий многозначительно повел бровями: — Их светлость изъявили желание, наконец, посетить Липею, как и рекомендовали врачи. Там прекрасный климат… — Но она всегда отказывалась! Вериец лишь развел руками: — Со вчерашнего дня госпожа не перестает удивлять. — Он вновь повел бровями, поджал красные губы: — Его светлость даже ушам своим не поверили. Приказали выполнять все ее прихоти, не говорить и слова поперек, и ни в коем случае не позволять вам пересечься с нею. А сами даже из дома уехали. Чтобы, невзначай, чем не расстроить. Это известие привело Грейна в ужас. Мачеха будто бежала, будто чуяла, что он собирается сделать. Но остановить ее сейчас не представлялось никакой возможности. Управляющий лишь с виду был услужлив и покладист. На деле не чтил никого, кроме отца. И отцовский приказ исполнит в точности, чем бы Грейн ни грозил. Тем более, Грейн… Он шумно выдохнул: — Как надолго? Вериец лишь пожал плечами: — Это, уж, как ее светлости будет угодно. Хотят и на Саклин заехать, купить новую рабыню взамен той, что избили вчера. И, уж, как избили… Самолично выбрать угодно. Может, двоих… Может, десяток… Мне лишь велено одобрять все сделки именем его светлости, даже если ее светлость пожелают достать с неба удилищем все четыре луны. — Почему мой корвет? У ее светлости есть личное судно. Управляющий вновь пожал плечами, покачал головой, скорбно вздохнул: — Не спрашивайте, мой господин, потому что я попросту не знаю ответов. Так пожелала… Значит, нужно исполнять… во избежание всяческих бед. Дальнейший разговор не имел смысла. Всю дорогу до оранжерей Грейн размышлял об увиденном. Пытался собрать воедино все факты, но картинка рассыпалась. Он вновь не мог «приложить к делу» ничего, кроме своих мутных навязчивых предчувствий. В этот раз его не заставили ждать. И сам главный смотритель Радан появился так стремительно, будто караулил в ближайших кустах. Согнулся: — Господин Мателлин, какая честь видеть вас в наших оранжереях. Конечно, смотритель никого не узнал. Причина такой любезности всего лишь в зеленом поясе Бенира. Да, в поясах был смысл — они часто спасали других от неловких ошибок. Радан натянуто улыбнулся, а Грейн лишь отметил, что не ошибся. Он — никакого сомнения. — Угодно ли… — … угодно, — Грейн сам шагнул к дверям сада. — Приятные дела становятся еще приятнее в приятном месте… Радан многозначительно кивнул и засеменил рядом по кварцевой дорожке. Поглядывал с нескрываемой осторожностью. Наконец, осмелился: — Какие же приятные дела привели ваше высокородие в наши оранжереи? Грейн смерил его надменным взглядом: — Прискорбно видеть, что вы не понимаете. Или вы страдаете скверной памятью, господин главный смотритель? Или… персона, приславшая меня, для вас так незначительна? |