Книга Нью-Йорк. Карта любви, страница 250 – Ками Блю

И вот ровно в одиннадцать часов вечера одиннадцатого января грядет моя личная версия апокалипсиса: на экране телефона появляется имя Шарлотты. Какова бы ни была причина ее вчерашнего молчания – вероятнее всего, чрезмерная жажда моей насильственной смерти, – Шарлотта себя переборола, и настал мой конец. Всхлипываю, Портер откликается мрачным мявом.

— Привет, Шарлотта, хочу тебя заверить, что могу подробно объяснить причину задержки, если ты позво…

— Грейс, у меня нет времени на пустую болтовню, – осаживает меня редакторша.

Приплыли.

— Мэтью прислал мне путеводитель вчера утром, – продолжает она, и у меня глаза лезут на лоб.

Да как он посмел послать его, ничего мне не сказав! Чувствую, как щеки загорелись от приступа дикой ярости. Исчезает, не соизволив даже послать мне недостающие фото, затем отправляет работу вместо меня! Вот же кусок дерь…

— В свете произошедшего нам необходимо обсудить твой аванс, Грейс. Я же не могу игнорировать нынешние обстоятельства, – продолжает Шарлотта, но слова о деньгах проходят мимо меня.

За что ты так со мной, Мэтт? О’кей, ты меня не любишь, но я и вообразить не могла, что…

— Мистер Фитц в восхищении. Фотографии Говарда изумительны, они превосходят всяческие ожидания, ждем не дождемся подписания нового контракта.

— Нового контракта? – лепечу я и в отчаянии падаю на диван, задыхаясь от гнева и разочарования.

— Естественно. Мы не можем упустить подобный талант, мистеру Фитцу довольно было беглого взгляда, чтобы предложить ему новую работу. Это будут весьма напряженные три месяца, придется объехать всю Южную Америку. Проект задуман с размахом, но мы уверены, что первый путеводитель ждет огромный успех, а следовательно, будут и другие, – сухо объясняет Шарлотта.

Другие путеводители. Новый контракт для Говарда. Три месяца в Южной Америке.

Вот почему этот гондон слинял. Чтобы по-тихому закончить книгу и отослать от своего имени, а потом в одиночку пожинать лавры и получить новую работу. Теперь ему выдадут новый аванс, а мне придется вернуть старый, выплатить неустойку и закончить жизнь под мостом. Когда-то меня уже предавал любимый, но то были цветочки. Дзынь! Слышите? Это мое сердце разбилось на миллион осколков оттого, что мужчина, который мне помогал, защищал меня, держал в объятиях, оказался подлым манипулятором.

— Понятно… Извини, Шарлотта, мне пора, – хрипло говорю я. Слезы текут по щекам.

— Хорошо. Жду тебя в понедельник ровно в девять утра, чтобы утрясти вопрос с авансом.

Только бы не разрыдаться прямо в трубку…

— Грейс, ты еще здесь?

— Да-да, – блею.

— Тогда будь любезна хотя бы отвечать, на твою пунктуальность я уже не надеюсь, – гаркает Шарлотта.

— Пока, до понедельника.

Отключаюсь и принимаюсь реветь всерьез. Он развел меня, как ребенка. Одурачил своими стишками, проникновенными взглядами, рассчитанными прикосновениями, а больше всего – умением слушать. Интересно, а он вообще существует? Этот заботливый и добрый внук, парень, с которым я танцевала, который лечил меня, сушил волосы, чтобы я не простудилась, готовил мне протеиновый завтрак, рассказывал ночью о своем прошлом? Тот, перед кем я раздевалась, чье тело целовала? Все это было по-настоящему или он играл роль, рассчитывая меня оболванить и украсть путеводитель? Тупая конченая мифоманка!