Книга Падение Брэдли Рида, страница 71 – Морган Элизабет

— Ну, я не знаю насчет…

— Взрослые тоже могут наслаждаться сбором тыквы! И катанием на сене! И сидром! Они могут наслаждаться весельем осени! – Ее лицо краснеет, а тон повышается, словно тот факт, что я не наслаждаюсь сбором тыквы, является атакой лично на нее.

— У взрослых есть пледы и Октоберфест; разве этого недостаточно?

— Октоберфест – это даже не про осень, и обычно он заполнен кучей молодых парней из колледжей, – говорит она с преувеличенным стоном.

— Я бы подумал, что это твой типаж, нет? Тебе самой-то сколько, двадцать два? Парни из колледжа – твоя демографическая группа.

— Мне двадцать шесть, большое спасибо.

Я, разумеется, знал ее возраст, но услышать, как она произносит это вслух, ощущается ударом по моему нутру. Невольно я произвожу подсчеты и понимаю, что она на целых семь лет младше меня.

— Значит, никаких мальчиков из колледжей? – Она закатывает глаза и снова идет. Я следую за ней.

— Вообще никаких мальчиков. Никаких мужчин. Они все ужасны.

— Ах да, бывший жених и все такое.

— Как много тебе рассказала Эдна с ее длинным языком? – спрашивает она.

Не так уж и много, дело в том, что я слежу за тобой уже почти год, но эта опция работает скорее в мою пользу, так что пусть будет «много».

— Точно не знаю, но она тебя любит, поэтому много о тебе говорит.

На ее губах появляется улыбка.

— Она та еще заноза, но я тоже ее люблю. Дай угадаю, она пытается убедить тебя позвонить мне, чтобы ты позволил мне выплакаться на твоем плече, а потом трахнул меня, чтобы вся боль стихла?

Я чуть не поперхнулся воздухом от ее слов, а она только рассмеялась.

— Ничего личного. Это просто Эдна. Она пожилая, похотливая и хочет, чтобы мне достались все самые лучшие оргазмы.

Я не должен задавать свой следующий вопрос.

Точно нет.

Нет такой вселенной, нет такой плоскости существования, где я должен это спрашивать.

Это точно не поможет расследованию.

Но все же…

— Ты не испытывала оргазмы со своим бывшим?

Она смеется.

— Боже, нет. Первые полгода я притворялась, но потом даже перестала заморачиваться. Симулировать гораздо утомительнее, чем кажется, веришь ты или нет, особенно когда для твоего партнера это не имеет никакого значения.

Что ж.

Полагаю, это… новая информация на Рида. Я могу назвать это миссией по сбору фактов. Не уверен, как это может помочь в деле о растрате, но я сделаю вид, что могу использовать этот факт для оправдания сегодняшнего дня в своей голове.

— Кажется, я слишком увлеклась, – говорит она, когда я не отвечаю, в основном потому, что стараюсь не позволять себе думать о том, какое это преступление для мужчины – не беспокоиться о женщине в своей постели, особенно той, что выглядит вот так.

— Прости. Должно быть, я немного перенервничала из-за папарацци. Я не совсем понимаю, почему они стояли возле кофейни и пытались меня сфотографировать. Мамино шоу привлекает ко мне немного внимания, да и свадьба оказалась полным провалом, но это… было неожиданно.

— Все в порядке, не переживай, – говорю я, пытаясь успокоить ее.

— Ты все-таки чужой мне человек. Нет особых причин рассказывать тебе все подробности моей сексуальной жизни. Я перегнула палку.

— Тебе разрешено выпустить пар. Секс и оргазмы – это нормальная часть жизни.

«Не смей думать о том, как Оливия занимается сексом или испытывает оргазм, как бы чертовски нормально это ни было», — говорю я себе.