Книга Щенячья любовь, страница 65 – Келли Моран

Кейд готов был поспорить на свое правое яичко, что Марта тоже внесла вклад в сладкие подношения, которые раздавала теперь Эйвери. В животе у него что-то кольнуло, вероятно, от голода.

«Кри-и-и! Сладкая, сладкая!^[23]»

Эйвери рассмеялась. Она еще не видела Кейда и что-то печатала на компьютере.

— Ты все правильно понял, Болтун! Ши-ра, оставь собаку в покое.

Кейд обвел взглядом стойку регистрации. Ну, конечно, Ши-ра растянулась на принтере и наблюдала за Тором, дремавшим у ног Эйвери.

Кошка замерла, злобно прищурилась и приготовилась спрыгнуть.

— Не-а, – Эйвери погрозила пальцем, не отрывая взгляда от монитора. – Подойдешь к собаке, пеняй на себя.

Ши-ра фыркнула.

Эйвери протянула руку, взяла бутылку с пульверизатором, которую Кейд сначала не заметил, и прыснула водой в морду кошке.

— Я же говорила, оставь Тора в покое.

Ши-ра зашипела, но осталась сидеть на принтере, однако от своего плана нападения на пса, похоже, отказалась. Злобно глянув на Эйвери, она умыла морду лапкой и снова улеглась.

Кейд постоял еще несколько секунд, покалывание из желудка переместилось в грудь, и ему пришлось напомнить себе, что он вообще-то находится на работе. Они сближались очень постепенно. Но сердце по-прежнему громко стучало при одном только ее виде. Она была такой… такой чертовски обворожительной, когда держалась так властно и уверенно. Совсем не похожа на ту ранимую женщину, с которой он общался в пятницу вечером.

— Доктор Кейд, вам что-нибудь нужно?

Черт. Интересно, удастся ли уговорить ее, чтобы она назвала его так, когда они снова будут целоваться? За пределами клиники.

Отчаянно тряхнув головой и гоня от себя эти мысли, он бросил историю болезни рядом с Эйвери и обвел взглядом пустую приемную.

— Я ухожу на двадцать минут на ланч.

Эйвери закрыла программу и встала, тоже собираясь уйти на перерыв.

— Не клади сюда.

Он посмотрел на историю болезни, затем – на нее, его вдруг охватило такое сильное желание поцеловать ее, что он едва не вздрогнул. Схватив историю болезни, он положил ее в контейнер для бумаг, все это время не сводя с нее глаз. Между ними возник такой мощный электрический разряд, что им можно было бы неделю освещать весь город.

Эйвери улыбнулась, повернулась и пошла по коридору.

Он нагнал ее и прижал к стене, так что она слегка вскрикнула от удивления. Кейд огляделся по сторонам, убедился, что их никто не видит, и прильнул к ней еще сильнее, просунув бедро между ее ног и прижавшись грудью к ее груди.

Ее большие карие глаза глядели на него, не моргая, и в свете лампы Кейд видел в них медовые искорки.

— Что ты делаешь?

— Вот что.

Стиснув руками бедра Эйвери, он заставил ее стоять на месте, после чего наклонился и поцеловал, только уже не тем осторожным искушающим поцелуем, как тогда на кухне. Он беззастенчиво исследовал ее рот, давая понять, как сильно она его заводит и как он признателен за то, что она для него делает – справляясь с наплывом клиенток, разбираясь с кошкой. И, черт побери, даже с трусливым псом.

Эйвери выгнулась под ним дугой, вцепилась в его медицинский костюм и застонала, как будто он заставил ее забыть, где они находятся и полностью утратить ощущение времени и пространства. Ее язык коснулся его языка один раз, другой, и все мысли улетучились у него из головы. Зато оживилось кое-что другое.