Книга Искусительная маленькая воровка, страница 154 – Меган Брэнди

Бостон переводит взгляд с меня на мужчин, окружающих машину, и обратно.

— Он здесь, да? Энцо? Сделка? – лепечет она.

— Сделка? Какая сделка?

— Пункт в моем контракте.

— Какой пункт?

Сестра икает, и мои глаза расширяются.

— Ты что, пьяна?

— Если бы. – Ее улыбка глупая и грустная.

Я качаю головой, пытаясь сосредоточиться.

— Бостон, какой пункт?

— Согласно которому я не выполнила условие.

Мое сердце бешено колотится, и она открывает рот, чтобы сказать что-то еще, но мое внимание привлекает движение за окном, и я прикрываю ее рот рукой как раз вовремя, до того как наш отец сядет в машину.

Совершенно взбешенный, он бросает взгляд на мою руку, но не произносит ни слова. Откидывается на спинку сиденья и просто смотрит перед собой.

— Папа…

— Стоп. Я велел тебе сидеть на месте. За тобой следят. Везде, куда бы ты ни пошла. Я понятия не имею кто, но они по какой-то причине хотят, чтобы я это знал. – Он сжимает челюсти до хруста.

В моем животе что-то обрывается.

— И что ты знаешь?

— Они присылают мне ваши снимки, вас обеих, тебя и Бостон. Фото и видео. Это продолжается уже некоторое время. Не думаю, что они могут отличить вас друг от друга, и это единственная причина, по которой не было предпринято никаких действий.

— Что?! – бросаю взгляд на Бостон, когда она дергается, уже готовая упасть в обморок. – Как ты мог мне не сказать?!

— Я говорю тебе сейчас. – Он хмурится. – Все это время я усиливал меры безопасности и просил тебя вести себя как следует. Ты знала о риске, так что не понимаю, почему ты удивлена.

— Ты шутишь?! – Бросаю взгляд на водителя, это можно сделать, потому что стекло, отделяющее передние сиденья, поднято. – Кто-то следит за мной? Как-то неожиданно…

Глаза отца сужаются, но он никак не комментирует мою глупость.

— А Дамиано знает? – спрашиваю я.

— Его сейчас допрашивают.

Какой-то сюр…

— Ты должен был предупредить меня.

— И ты бы что… послушалась?

Фыркнув, я поджимаю губы и сосредотачиваюсь на том, что важно:

— Что конкретно мы знаем? И не говори мне, что ты ничего не знаешь.

Отец слегка наклоняет голову, и с его губ срывается раздраженный вздох.

— В этом-то и проблема, что ничего, – его глаза снова встречаются с моими. – Я не могу ухватить их за хвост. Я не могу понять, откуда они, – лицо искажает гримаса гнева. – Думаю, это снова дело твоей матери.

— Что?.. – выдыхаю я.

Слова отца застают меня врасплох.

Дело моей матери.

Он никогда раньше не говорил со мной о ее деле… об отсутствии такового.

Мы долго смотрим друг на друга, его глаза бегают туда-сюда. Я не ломаюсь под его взглядом, и гнев медленно переходит в подобие гордости за себя.

Отец достает телефон из кармана пиджака и смотрит на экран.

— Есть кое-что, что мы должны обсудить. Скоро поговорим об этом.

Мне не требуется много времени, чтобы погрузиться в свои мысли. Бастиан не отвечает на мои звонки, и сегодня я вошла в его мир, как до этого он вошел в мой. Я отчаянно нуждалась в разговоре. Но он так спокойно говорил с другой!

С девушкой, которая подходит ему так, как я никогда не подойду. Он сидел, наслаждаясь вечером, он улыбался ей, а я в этот момент живо представляла, как вонзаю в нее нож.

Мои ребра сжимаются.

Да пошел он к черту.

Ему фиолетово, что я хотела сказать, – у него все хорошо, он не сидит, гадая, чем я занимаюсь или кто был в моей постели, хотя, наверное, потребовал бы, чтобы в ней никого не было.