Книга Скажи мне шепотом, страница 109 – Мерседес Рон

Все воскресенье мы провели вне дома, общались и ели бутерброды на берегу озера Карсвилл. Получился идеальный выходной. Мать понятия не имела, что упускала. Впрочем, она всегда интересовалась всякими непристойностями, а не тем, что важно на самом деле.

За неделю я совсем не соскучилась ни по ней, ни по подругам, которые делали вид, будто обиделись на меня по причине, которую мне так и не удалось понять. Как и всегда накануне годовщины измены матери, которой мы с Тьяго стали свидетелями, я замыкалась в себе и проводила дни в одиночестве. Рисовала и погружалась в собственные мысли.

Иногда я принималась наносить себе травмы, иногда – вспоминать случившееся в мелких деталях. Очевидно, причина поездки матери крылась в том, что она не желала находиться в этот день здесь, особенно после возвращения семьи Ди Бьянко. У нее всегда находился какой-нибудь предлог уехать в эти даты: навестить бабушку с дедушкой, поехать на побережье или устроить экскурсию с подругами из родительского комитета.

В первые дни после соревнований Элли попробовала подойти ко мне и выяснить, почему я неожиданно отдалилась от них или почему бросила занятия в группе поддержки. Она рассказала, что многие девочки хотели, чтобы я стала капитаном, но не озвучивали свое желание из-за страха, как отреагирует Кейт.

«Страх, как отреагирует Кейт», – я повторяла про себя эти слова, пытаясь найти в них смысл. С каких это пор подруга вызывала у кого-то страх?

— Пожалуйста, Ками, вернись к нам, – упрашивала Элли, заняв место рядом со мной в столовой. Мы сидели за столиком у окна, в противоположном конце от остальных.

— Элли, прямо сейчас у меня не выйдет. Мне жаль.

Я возила по тарелке спагетти вместо того, чтобы просто съесть их. Подруга посмотрела на меня одновременно и грустно, и рассерженно.

— А с Тейлором зато все выходит, да? Ты все время проводишь только с ним, – в открытую обвинила она. – Ты станешь одной из тех девчонок, которые бросают подруг из-за парня?

Из-за парня. А был ли Тейлор моим парнем?

Как раз в этот момент упомянутый Тейлор сел рядом со мной.

— Как дела, Элли? – поздоровался он с улыбкой. Именно такой улыбкой, от которой мне становилось бесконечно спокойно.

Моя подруга ничего не ответила, посмотрела на меня, потом на него, а после сердито поднялась с места и отправилась к остальным подругам.

— Она все еще злится? – спросил Тейлор, играя с яблоком.

Я пожала плечами.

— Она не понимает, что сейчас мне нужно держаться подальше почти ото всех.

Тейлор взял меня за руку, остановив игру со спагетти.

— Слушай, Ками… может, все-таки расскажешь, что творится у тебя дома?

По какой-то причине, мне самой еще не понятной, я никому не хотела рассказывать, что отец почти обанкротился. Мне хватало того, что я слушала дома его разговоры с адвокатами и клиентами. Теперь он работал в кабинете, поскольку пришлось закрыть офис в центре. А еще выставил на продажу дом на пляже.

Я знала, что все это всего лишь материальные блага, что это поверхностно, но не могла не сочувствовать отцу. Все, чего он добился за жизнь, рушилось на глазах, а мать не утруждала себя поддержкой. Эта задача досталась мне. И единственное, чем я занималась дома, – это делала вид, будто все хорошо, выдавливая неискреннюю улыбку ради отца и брата.