Книга Украденные прикосновения, страница 31 – Нева Алтай

— Мне нужно завтра сходить за кое-какими покупками, – говорит она, продолжая жевать.

— Ты возьмешь телохранителей.

— Телохранителей? – она поднимает на меня взгляд. – Во множественном числе?

— Да.

— Я пойду в гребаный супермаркет. Одного будет достаточно.

— Ты возьмешь телохранителей, которых я приставлю к тебе, или можешь заказать онлайн. На твой выбор.

— Отлично. – Она возвращается к своей еде. – Я собираюсь покупать тампоны и кошачий корм с двумя волочащимися за мной гориллами.

— С четырьмя гориллами, – поправляю я.

Она вскидывает голову.

— Четырьмя? Ты серьезно?

— Не спорь со мной, Милена. Это тебе ничего не даст. Все будет либо по-моему, либо никак.

— Тебе, – она тычет вилкой мне в лицо, – нужна профессиональная помощь.

— Алессандро будет ждать тебя у двери в девять. Он будет сопровождать тебя. Другая часть группы последует за вами на второй машине.

— Две машины. Здорово, черт возьми, – она качает головой и продолжает есть.

Похоже, меня снова игнорируют, поскольку она продолжает запихивать еду в рот, явно стараясь изо всех сил не встречаться со мной взглядом.

— Ты не спросила, что случилось с моей ногой, – говорю я и вижу, что ее вилка все еще на полпути к месту своего назначения.

— Что случилось с твоей ногой? – спрашивает она, прежде чем откусить кусочек мяса.

— Огнестрельное ранение. Транстибиальная ампутация.

Она поднимает голову и смотрит на повязку, виднеющуюся из-под манжеты моей футболки.

— Похоже, людям нравится в тебя стрелять.

— Такое случается.

— Сколько уже раз…

— …в меня стреляли? – продолжаю я ее фразу и тянусь за стаканом воды. – Я перестал считать. Но если ты имеешь в виду, сколько раз в меня попадали, то восемь. Вообще девять, если считать последний раз, но то была всего лишь царапина.

Милена распахивает глаза.

— Ни хрена себе. Ты что, пытаешься попасть в книгу рекордов Гиннесса или что-то в этом роде?

Я игнорирую ее остроту.

— Когда ты вышла за меня замуж, ты тоже стала мишенью, – говорю я. – Теперь ты понимаешь необходимость в четырех телохранителях?

— Замечательно, – вздыхает она и смотрит на мою левую руку, лежащую на стойке. – Тоже огнестрельное ранение?

Итак, она заметила, что я снял перчатку, как обычно делаю перед сном. Я следую за ее взглядом, направленным на мою руку, покрытую множеством шрамов, и слегка деформированные пальцы.

— Молоток, – говорю я. – Нервы на последних двух пальцах непоправимо повреждены. Я их не чувствую. Остальные в основном в порядке, но у меня проблемы с мелкой моторикой.

— Почему ты носишь перчатку?

— Не люблю, когда мне напоминают о моих слабостях, – говорю я. – Левая рука у меня ведущая.

— Что насчет ноги? Это тоже слабость?

— Нет. У меня первоклассный современный протез, и я хорошо приспособился к нему. Все как по учебнику. И прошло уже более семи лет. Большую часть времени я забываю о том, что он существует. – Я протягиваю руку, чтобы убрать прядь волос, упавшую ей на глаза, и заправляю ее Милене за ухо. – Тебя это беспокоит? То, что у меня нет части ноги?

— Не-а, – улыбается она. – А вот то, что ты лживый ублюдок, беспокоит.

Я подаюсь вперед и вглядываюсь в черты ее лица. Эта улыбка не идет ни в какое сравнение с тем, как она смеялась в кафе два дня назад. Улыбка в кафе мне нравилась. Эта не нравится. Она кажется… рассерженной.