Книга Все, что я тебе обещала, страница 76 – Кэти Апперман

— Не знаю, – пробормотала я. – Думаю, они уже поняли: это неизбежно.

Бек смущенно улыбнулся, и я придвинулась к нему поближе. Он взял меня за руку и медленно повернул кольцо на моем пальце.

— А ты с мамой обсуждаешь такие вопросы?

— Чуть-чуть. Как-то она спрашивала насчет нас с тобой… Ну, ты понял, – неловко закончила я.

Вообще я настроилась вести себя по-взрослому. Родители внушили мне принцип: если собираешься с кем-то заниматься сексом, то нужно уметь спокойно обсуждать это с партнером. Но мысль о том, чтобы при Беке произнести слова «заниматься сексом», казалась равносильной тому, чтобы раздеться перед ним догола.

— Она не любопытничала, – продолжала я, покраснев не меньше, чем Бек. – А может, и да. Но в основном расспрашивала, потому что хотела удостовериться: мне ничто не угрожает. – Я провела рукой по пылающему лицу. – Господи. Почему же я сейчас так стесняюсь?

Бек засмеялся, притянул меня к себе и крепко обнял:

— Еще тебе стесняться. Я и так уже стесняюсь за нас двоих.

— А ты с мамой обсуждаешь эти вопросы?

Бек фыркнул:

— Черт, конечно нет. Как ты себе это представляешь?

Я никак это и не представляла. Берни частенько не хватало тонкости, присущей моей маме, которая спокойно говорила на тему секса. Ясно было: мама надеялась, что в ближайшее время я не пересплю с Беком, и делала упор на последствия: от беременности до эмоциональных сложностей. Но при этом она предложила записать меня к врачу, чтобы подобрать контрацептивы.

Я уткнулась носом в рубашку Бека и все это ему рассказала, а под конец добавила:

— Я уже месяц как принимаю таблетки. Просто чтобы ты знал.

Он погладил меня по волосам:

— Хорошо.

Я отстранилась и заглянула ему в глаза – и увидела в них нежность и удивление.

— Хорошо? – эхом повторила я.

— Ага. Я рад, что ты мне сказала. Но пусть все остается как есть.

— А ты хочешь, чтобы что-то поменялось?

Он блеснул глазами и поцеловал меня – нежно, целомудренно, и все же от этого поцелуя мне стало жарко.

— Конечно хочу. Но только когда ты сама будешь готова.

— А ты раньше уже… до нас?

— Нет.

— Серьезно?

— Серьезно. – Он выпрямился, немного сердитый. – Я всегда хотел быть только с той, кого люблю. А любил я всю жизнь тебя.

Я улыбнулась.

— Значит, когда скажу тебе снимать штаны – послушаешься?

Бек засмеялся, сгреб меня в охапку и шепнул на ухо:

— Без колебаний.

Семнадцать лет, Теннесси

Последние несколько дней я только и думала о том, как сообщить маме с папой о том, что меня приняли в Университет Содружества Вирджинии. Они-то не задавали вопросов, поскольку думали, что до февраля я никаких новостей не получу.

Но сегодня все изменится.

Туманным субботним утром я встаю рано, выпускаю Майора во двор, а потом сосредоточенно вожусь на кухне, отмеряя тростниковый сахар, корицу и пекан. Печь я не очень-то умею, кухня – мамины владения, но надеюсь, что горячий кофейный пирог смягчит удар, которым, подозреваю, станут для моих родителей новости про университет, куда они не хотели меня отпускать.

Противень исчезает в духовке, и через некоторое время дом наполняется сладким сливочным ароматом. Ставлю вариться кофе, потом впускаю и кормлю пса. Он ныряет в миску по уши. Вставляя несколько деталей в наполовину собранный пазл, который разложен на обеденном столе, прислушиваюсь, не проснулись ли родители. Да, слышно, как наверху шумит вода, раздаются приглушенные голоса.