Книга Игра в сердца, страница 55 – Сэнди Бейкер

— Ой, Эбби, да ты прямо морячка сегодня, – щебечет Дафна с соседнего с Беккой шезлонга. Я смотрю на нее, потом окидываю взглядом свой наряд: темно-синие льняные шорты, тельняшка и синие эспадрильи. Не могу понять, говорит ли она беззлобно или издевается.

— Э-э-э… спасибо, – отвечаю я и устраиваюсь на шезлонге.

Но стоит мне вытянуть ноги и принять удобное положение, как Дафна добавляет:

— Ты так буквально восприняла сегодняшнюю морскую прогулку. Это очень мило, – снисходительно произносит она. Значит, все-таки издевается. И как я могла хотя бы на минуту поверить, что она хочет сделать мне комплимент?

Достаю из пляжной сумки солнечные очки и надеваю их. Поворачиваюсь к Дафне, опускаю очки на кончик носа и пристально смотрю на нее.

— Большое спасибо, Дафна. Хотя куда мне до тебя, я бы не смогла надеть дешевый купальник из «Зары» и выглядеть на все сто, как ты. – Возвращаю очки на переносицу и смотрю, как у нее падает челюсть, а потом отворачиваюсь. Ложусь на шезлонг и через несколько секунд чувствую, как Бекка берет меня за руку и быстро пожимает мою ладонь в знак солидарности.

— Дафна, все готово для твоего свидания с Дэниелом, – кричит с верхней палубы один из членов съемочной группы. Дафна подскакивает, как чертик в табакерке, и уходит, цокая каблучками.

— Классно ты ее приложила, – хихикает Каз, расположившаяся в шезлонге напротив нас. Я пожимаю плечами. – Но это же правда. Даже я смогла распознать, что она одевается в «Заре», но не пойму, что в этом оскорбительного.

Элизабет – та тоже сидит напротив – сдвигается на край своего шезлонга и озирается, выискивая камеры. Сейчас нас никто не снимает: можно выдохнуть. На нас микрофоны, но те хоть и включены все время и приходится часто менять батарейки (утомительный ритуал, к которому я до сих пор не привыкла), нас заверили, что аудиозапись будут использовать только вместе с видео.

— Только Дафна может оскорбиться, если ей сказать, что она одевается в «Заре», – вполголоса объясняет Элизабет, наклонившись к Каз. – Намек, что ее вещи не дизайнерские, а ширпотреб.

— А, теперь поняла, – отвечает Каз. – Так ей и надо, этой выпендрежнице. Мы уже поняли, что у нее денег куры не клюют и она вся такая из себя цаца. Ее послушать, так к ней женихи королевских кровей выстраиваются в очередь.

— Из-за ее титула? – спрашивает Элизабет.

— Ну да. У ее родителей же миллионы, верно? – спрашивает Каз. – Зачем она вообще приперлась на это шоу?

— Тот же вопрос, – соглашается Бекка.

— Непохоже, что она здесь ради любви.

— Точно нет. Тех, кто приехал искать любовь, видно сразу. – Бекка переводит взгляд с меня на Каз и Элизабет. – Вот мы, например.

Элизабет торжественно кивает.

— Хотя я не уверена, что Дэниелу нужна девушка вроде меня.

— Почему ты так думаешь, Лиззи? – спрашивает Каз.

А у меня в голове сразу возникают две мысли: во-первых, Элизабет никакая не «Лиззи», это сокращение ей совсем не подходит, и, во-вторых, я согласна с ней насчет Дэниела, о чем уже размышляла. У нее доброе сердце, она очень милый человек, и я не могу представить, чтобы Дэниел ценил эту черту выше статуса, красоты или ума.

— Просто понимаете, девочки… вот ты, Каз, такая яркая. Веселая, в тебе столько жизни…

— Спасибо, – Каз широко улыбается.

— А ты, Бекка, красивая и умная, – смотрю на Бекку: та поджимает губы вместо того, чтобы вежливо поблагодарить за комплимент. – А ты, Эбби, смелая. Всегда говоришь, что другие думают.