Книга Вход только для мертвых, страница 77 – Валерий Шарапов

— Журавлев, помнишь, где-то полгода назад урка пропал? Ну, тот, который был смотрящим за этим районом? Все забываю его дурацкую кличку…

— Баляба, что ль?

— Ну да. Будто бы ночью тогда была перестрелка, а потом он исчез. Мы еще удивились, что о нем ни слуху ни духу… Кажется, нашелся он… Точнее, труп его. Тогда, по всему видно, его застрелили, а труп скинули в прорубь. Этого Балябу нам и искать не пришлось, парни его сами сейчас к нам доставят…

Надо отдать должное отважным комсомольцам: как им было ни отвратительно находиться рядом с разлагающимся трупом небезызвестного в определенных кругах положенца по кличке Баляба, которого они, впрочем, в лицо никогда не видели, парни развернули лодку и, старясь не смотреть на его обезображенное лицо, поплыли к берегу, торопливо работая веслами.

— Федоров, — обратился к Ваську Орлов, когда лодка мягко ткнулась носом в прибрежный песок, — поезжай с Заболотновым в морг, передай им, чтобы труповозку сюда пригнали… Да носилки пускай с собой возьмут самые распоганые.

Федоров сидел на траве, облокотившись на колени, невозмутимо жевал травинку. Он сплюнул зеленую слюну, поднялся и, не проронив ни слова, направился к автобусу. Вскоре автобус скрылся за пыльной завесой.

К обеду стало припекать, громче застрекотали луговые кузнечики, покрыв несмолкаемым своим стрекотом береговую полосу. Прохлады не было даже на воде. Парни изнывали от жары, но окунуться в воду ни у кого желания не возникло после того как их товарищи выловили из реки разлагавшийся труп. Уставшие от изнурительного бесперспективного занятия, несколько часов кряду бороздя километровый канал Цны взад-вперед, они с тоской смотрели на Орлова.

Он и сам понимал всю тщетность начатых поисков: никакого трупа девочки здесь не было. В противном случае упорные и ответственные комсомольцы его обязательно бы нашли. И лишь когда на той стороне стал собираться любопытствующий народ, Клим подозвал к себе секретаря комсомольской организации ОСОАВИАХИМа Петьку Кудрявцева. Виновато отводя хмурые глаза в сторону, он поблагодарил в его лице весь коллектив и попросил отогнать лодки на станцию. А чтобы Кудрявцеву было не так обидно, что они без особой пользы провели время, пообещал ему грамоту за оказание содействия органам внутренних дел.

— Служу Советскому Союзу! — с бравадой выкрикнул польщенный обещанной наградой Петька и уплыл со своими парнями.

Вскоре разошелся народ и с той стороны, когда понял, что самое интересное произошло без него и надеяться еще на что-то — занятие вовсе бессмысленное.

В ожидании запаздывающего автобуса Орлов, Журавлев и Капитоныч отошли в тень дикого терна, присели на траву. Набегавший изредка низовой ветерок доносил с противоположной стороны луга отвратительные запахи разлагающегося трупа Балябы. Чтобы он еще больше не испортился на жаре, оперативники осторожно, опасаясь, что у него оторвутся конечности, перенесли его под кусты молодого осинника, где сохранялась хоть какая-то прохлада. Смотреть на то, как по мертвому осклизлому телу ползают зеленые мухи, было отвратительно, останки бывшего авторитета закидали сломанными ветками и лопухами, надеясь, что хоть это немного ослабит исходящий от него невыносимый дух падали.

Журавлев лежал на спине, закинув руки за голову; в узкую щель из-под надвинутого на глаза козырька фуражки смотрел на качающуюся у него перед лицом ветку с сизыми плодами. Он протянул руку, сорвал терн, надкусил и, тотчас сморщившись от его незрелого, кислого до отвращения вкуса, не размахиваясь, бросил в кусты.