Книга Вход только для мертвых, страница 76 – Валерий Шарапов

Ранним утром, когда над стоячей водой, теплой, как парное молоко, пластался туман, на берегу канала собралась группа людей в милицейской форме. На тихой воде поперек канала в ряд выстроились пятнадцать голубых лодок, взятых с лодочной станции. В них сидели загорелые парни в разноцветных плавках. Со стороны речная флотилия выглядела как спортивные соревнования по гребле. На самом же деле эти парни были комсомольцами из ОСОАВИАХИМа, которых пригласили на поиски пропавшей девочки.

Туман клубился, микроскопические водянистые капли садились дрожащей росой на зеленую листву, на поверхность милицейских фуражек, на деревянные борта лодок, на мускулистые тела парней, бодря свежей прохладой.

Преисполненные возложенной на них ответственной задачей, комсомольцы нетерпеливо поглядывали на берег, где стояли оперативники во главе со своим начальником. Орлов все медлил, как будто втайне надеялся на то, что пропавшая девочка вот-вот объявится на берегу и скорбная их работа не понадобится.

За лесом показался краешек солнца, вскоре сияющий ореол поднялся в полнеба, лучи коснулись туманных облаков на воде, и они стали нежного молочно-розового цвета. В прибрежных камышах пронзительно крикнула спросонок молодая выпь. Ее жалобный скрипучий голос, эхом прокатившийся по водной глади, и послужил как бы сигналом к действию. Орлов поднялся на пригорок, отрывисто взмахнул рукой.

И сразу же лодки пришли в движение, за борт полетели крепкие капроновые шнуры, унизанные острыми металлическими кошками. Они с глухим всплеском падали в воду, тяжело шли ко дну. Лодки плыли в ряд, стараясь сохранять определенную дистанцию. Время от времени то одна, то другая лодка останавливались, и из воды извлекали на свет зацепленный крюками какой-нибудь предмет, который за ненадобностью давно был выброшен в канал. Чего только тут не попадалось: старые лохматые ботинки, рваные голенища от сапог, громадные сучки, уже осклизлые, с присосавшимися к ним пиявками, негодная резина от автомобильных колес с порванными кордами, даже каким-то чудом попался старый ленивый налим, зацепившийся брюхом за крюк.

— Течения в этом месте практически нет, — вслух рассуждал Орлов, нервно покусывая губы, в волнении переступая с ноги на ногу, как будто он стоял не на влажной от росы траве, а на раскаленной сковороде босиком. — Если девочка все же здесь, мы ее обязательно найдем.

Последнюю фразу он произнес с видимым трудом, осекавшимся от напряжения хриплым голосом. Заметив, что очередная лодка остановилась и парни принялись бережно вытягивать из воды шнур со словами «ну-ка, дай», он выхватил у Журавлева бинокль. В окуляры было отлично видно, как из воды показалось что-то довольно длинное, овальной формы, похожее на куколку бабочки. Это нечто было завернуто в сопревший от воды и времени грязный полушубок, туго обмотанный вокруг хозяйственной веревкой. В какой-то момент, когда один из парней взял предмет, чтобы втащить в лодку, ветхая тряпка легко отделилась, и тот испуганно отпрянул. Орлов разглядел на месте отсутствующих, очевидно, съеденных раками губ оскаленные желтые зубы. Это было лицо взрослого человека, и Орлов непроизвольно с облегчением выдохнул. В душе он все же подспудно страшился найти труп девочки. Клим вытер ладонью мокрый от волнения лоб.