Онлайн книга «Вход только для мертвых»
|
— Я шел, а она стояла… Одна… посреди луга… — Какого луга? — спросил Капитоныч, бросив многозначительный взгляд на Орлова. — Это где?.. Глядя перед собой невидящим туманным взглядом, словно в эту минуту он присутствовал в другом месте, Пуляня неуверенно ответил, растягивая слова, как это обычно делают заики: — О-на… сто-я-ла… А там кре-есты… И че-ло-ве-к… че-о-орный… — Это было на кладбище? — Н-а лу-гу… Капитоныч снова взглянул на Орлова, недоуменно пожал плечами. — Это было около кладбища? — задал очередной вопрос Журавлев, сделав упор на слове «около», начиная догадываться, как попала девочка к Пуляне. Пуляня быстро-быстро закивал, его губы растянулись в благодушной улыбке. — Моя де-воч-ка-а, — протянул он, оглядывая живыми глазами стоявших перед ним оперативников. Внезапно его зрачки расширились, в них появился явственный огонек безумия, он вскочил, всплеснув руками, брызгая слюной, закричал, безобразно разевая рот: — Верните мне сестру-у-у!.. — Уходим, — буркнул, поморщившись, Орлов, торопливо отступая к выходу. — Начинается. Вывалившись задом в коридор, оперативники закрыли за собой дверь, перевели дух. — Так мы далеко не уйдем, — сказал Клим. — Может, он скрывает, может, действительно ничего не помнит. Может, помнит только то, что с девчонкой произошло… — Думаю, его надо отправить в психиатрическую клинику к Писарницкой. — По лицу Журавлева тенями пробегали муки тяжелых раздумий. — Пускай ему выделят отдельную палату. Может, когда таблетками да уколами напичкают, в голове у него что-то прояснится… — По поводу обмана я вот что думаю, — сказал Капитоныч, прислушиваясь к тому, что происходит в камере. — Из-за своего сдвига, — он значительно постучал согнутым пальцем себя по лбу, — вряд ли он способен что-то придумать, сочинить. Нет у него таких способностей… То, что перед его глазами стоит, то он и говорит… Только в его голове, в испорченных мозгах, могут ведь быть события и двух- и трехлетней давности. Вот еще в чем закавыка… Они шли по гулким коридорам подвала, а в спину им из камеры сумасшедшего задержанного, подозреваемого в изнасиловании и убийстве женщины, непрерывно неслось на одной повышенной ноте: «У-у-у!..» — Покормите его, — приказал дежурному Орлов, кивнув через плечо. — Может, тогда хоть замолчит. Оперативники поднялись по ступенькам наверх. В коридоре первого этажа стояла на удивление благостная тишина, даже несмотря на то, что всюду сновали сотрудники управления и слышался непрекращающийся, слившийся в один невнятный гул человеческий говор. * * * Психиатрическая клиническая больница огорожена высоким кирпичным забором с натянутой поверху стальной проволокой. Здесь и до революции размещалась губернская земская лечебница душевнобольных. Шесть одноэтажных, крашенных в спокойный шафрановый цвет корпусов, четыре из которых предназначались для мужчин и два для женщин, утопали среди буйной зелени обширного парка. Присыпанные желтым речным песком дорожки замысловато виляли среди кустов жасмина, сирени, можжевельника, жимолости, лещины и барбариса. Всюду располагались цветочные клумбы, похожие на яркие узбекские ковры. В тени невысоких раскидистых крон тополей, лип, вязов, рябин и даже яблонь стояли скамейки для страдающих душевным расстройством пациентов. |