Книга Вход только для мертвых, страница 106 – Валерий Шарапов

— Ничего я тебе, вору, не обещал, — грубо сказал Орлов. — А впрочем, — уже от двери обернулся он, — выплатишь колхознице деньги в двойном размере, подумаю… Может, тебе вдруг и повезет. Но то, что милиции помог, учтется точно. А пока посиди в КПЗ.

* * *

В этот поздний час в непривычно обезлюдевшем дворе было пусто, лишь спал за столом одетый в свою неизменную майку-алкоголичку, уронив голову на руки, старый знакомый — Куличок. Во сне он изредка громко всхрапывал, и тогда ночные сверчки на миг замирали, оборвав на полутоне мирный стрекот. Услышав за спиной рокот мотора, он приподнял голову с взлохмаченными волосами, мутными глазами с недоумением проводил смазанные вечерними сумерками фигуры милиционеров. Они скрылись в подъезде, и Куличок, проведя по опухшему лицу шершавой пятерней, тяжело поднялся и увязался следом, покачиваясь и широко растопырив руки, чтобы удержать равновесие и не свалиться в крапиву.

Пломба на опечатанной двери была повреждена, чудом держалась на оконной замазке. Журавлев с Орловым многозначительно переглянулись, а Илья даже настороженно осмотрелся вокруг, словно хотел обнаружить спрятавшегося где-то неподалеку виновника противоправного действия. Орлов вынул из кобуры пистолет, приложил палец к губам. Стараясь не скрипеть несмазанными петлями, они приоткрыли дверь и тихо вошли в прихожую. Ладонью нашарив на стене выключатель, Журавлев зажег свет. Несколько мгновений они стояли, прислушиваясь к тишине. Было слышно, как за стенами у соседей кто-то неразборчиво ругался, плакал ребенок, кто-то притворным басом нескладно выводил рулады.

— Никого, — с облегчением выдохнул Орлов и спрятал пистолет в кобуру.

Именно этой фотографии, про которую говорил Журавлев, на месте не оказалось. Только остался желтый след от клея на старой газете, на которой аккуратными рядами располагались карточки.

— Клим, похоже на то, что кто-то здесь успел побывать до нас. И этот кто-то, скорее всего, ее пропавший муж, — почему-то шепотом произнес Илья, с изумлением изучая висевшую в простенке над комодом красную самодельную рамку размером с раскрытую книгу. Если даже и не приглядываться, еще издали было заметно отсутствие одной карточки; пустое место выделялось, как будто в сплошном ряду здоровых зубов у человека не хватало одного.

— Похоже на то, — согласился Орлов. — И других снимков, как я понимаю, нет. В прошлый раз, когда обыскивали, не нашли же.

В прихожей послышался шорох, Журавлев с Орловым оба разом схватились за кобуры. Вошел, держась за стену, Куличок.

— А чего это вы тут делаете? — поинтересовался он и погрозил оперативникам заскорузлым пальцем. — Трогать здесь ничего не моги… те! — выкрикнул он с усилием и покачнулся, едва не свалившись в проход.

Сдержанно посмеиваясь, Орлов успел ухватить его за локоть, прислонил к стене.

— Первого мужа хозяйки… Ольги Владимировны, до войны знали?

Куличок молча кивнул.

— А то! Степан Филатов… он и сейчас у меня перед глазами стоит как живой… — сказал он, с усилием разлепляя не слушавшиеся его губы. — Вот смотрю и вижу его… У него вот тут, — он шмыгнул носом, ткнул себя в край глазницы, чуть не угодив в зрачок, — родинка… а-ати-и-иресная такая… Как будто растопыренная пятерня. Во! — Он выкинул перед собой ладонь с открытыми заскорузлыми пальцами.