Книга Криминалист 5, страница 111 – Алим Тыналин

— Пятница подойдет. Тот же ресторан?

— Тот же. «Клайд'с», семь вечера.

— Хорошо. — Пауза. Потом, чуть тише: — Итан, удачи с делом.

— Спасибо.

— И позвони, когда закончишь. Не обязательно с докладом. Просто позвони.

Повесила трубку. Я посмотрел на телефон, потом на темное окно, за которым Пенсильвания-авеню уходила к Капитолию, подсвеченному белым на фоне вечернего неба. Листья платанов шуршали под ветром, фонари горели желтоватым светом, проехало такси, и далеко, в парке на Молле, кто-то играл на гитаре, слабый звук, едва различимый, но живой.

Маркус ждал в коридоре, прислонившись к стене, руки в карманах.

— Домой? — спросил он.

— Домой. Завтра утром в шесть в Балтимор. Ордер будет к восьми в тамошнем отделении.

— Заеду за тобой в пять сорок пять.

— Договорились.

Мы вышли на улицу. Субботний Вашингтон, теплый, тихий, пахнущий скошенной травой из парков и бензином с авеню. Где-то в двух кварталах играла музыка, живая, из открытых дверей бара, саксофон и фортепиано, что-то джазовое, мягкое. Маркус свернул направо, к своей машине. Я пошел пешком, до Дюпон-серкл десять минут, вечер теплый, спешить некуда.

По дороге прошел мимо «Клайд'с» на М-стрит. Окна освещены, внутри люди, смех, звон бокалов. Столик на двоих у окна, тот самый, на семь вечера воскресенья, будет пустовать. Или не будет, хозяин отдаст его кому-нибудьдругому, паре студентов из Джорджтаунского университета или пожилому сенатору с молодой секретаршей.

Впрочем, Николь сказала «позвони, когда закончишь». Не «если закончишь». «Когда.» Разница в одно слово. Но слово правильное.

Дома я принял душ, выпил стакан воды стоя у окна, лег на диван и закрыл глаза. Будильник «Уэстклокс» на тумбочке заведен на пять тридцать. Я заснул сразу, как только голова коснулась подушки.

Маркус заехал за мной в пять сорок пять, как обещал. Серый «Форд Кастом» уже стоял у подъезда, двигатель работал, фары горели в предрассветных сумерках.

Я сел на пассажирское сиденье с папкой и термосом кофе, приготовленным наскоро из перколятора «Максвелл Хаус», крепкий, горячий, без сахара.

По дороге в Балтимор молчали. Маркус вел ровно, обе руки держал на руле, не включая радио. За окнами мелькала знакомая дорога, холмы, фермы, придорожные заправки, рекламные щиты. Небо серое, низкое, обещающее дождь.

В балтиморском отделении ФБР на Калверт-стрит нас ждал конверт. Дежурный агент, молодой и рыжий, с зелеными глазами, протянул его через стойку.

— Пришло по факсу в шесть двадцать. Ордер на осмотр складских помещений, Кэрролл-стрит, двести одиннадцать. Подпись федерального окружного судьи Хэнсона.

Я вскрыл конверт, пробежал текст. Стандартный ордер, напечатанный на бланке окружного суда: «Разрешается осмотр помещений по указанному адресу в рамках расследования дела номер… федеральное мошенничество, статья восемнадцать, параграф тысяча триста сорок один…» Все в порядке. Томпсон сработал быстро, дежурный прокурор оказался сговорчивым, или Томпсон умел убеждать даже в субботу вечером.

Четвертый склад Краузе стоял на Кэрролл-стрит, в промышленной зоне к югу от порта, в полумиле от сгоревшего третьего объекта. Район тот же, заборы из рифленого железа, грузовые площадки, ржавые рельсы подъездных путей, чайки над крышами. Воскресное утро, все закрыто, ни одной живой души.