Книга Тени дома с башенкой, страница 95 – Евгения Ринская

– Сюрприз! – крикнула материализовавшаяся перед ней Ольга. – А мы пришли вас поддержать!

– Все хорошо, товарищи! – торжественно объявила со ступеней Марья Васильевна. – Особняк остается с нами.

Римма Борисовна в растерянности только успевала отвечать на объятия сочувствующих, когда сзади кто-то деликатно дотронулся до ее плеча.

– Полина Семеновна! – радостно воскликнула она и, не справившись с собой, схватила ее за руки. – Спасибо, спасибо вам огромное! Я не подведу. Ну, по крайней мере, постараюсь.

– Не сомневаюсь, Римма Борисовна, – сдержанно, но дружелюбно ответила чиновная дама, высвобождаясь из объятий. – Очень за вас рада. Но знаете, у нас к нам есть одна небольшая просьба.

– Все, что угодно! – с энтузиазмом закивала Римма Борисовна, которую просто захлестывал восторг.

Полина Семеновна взяла ее под локоток, увлекая в сторону от шумных неприновцев.

– Вы наверняка слышали, что Татьяна, сотрудница нашего музея, уехала из города.

Римма Борисовна кивнула.

– К сожалению, закрыть ее должность в музее нам пока некем, а ужасно не хотелось бы, чтобы он простаивал без дела. Может быть вы, учитывая вашу любовь к местной истории, – Римма Борисовна готова была поклясться, что услышала в ее голосе иронию. – Согласитесь за ним присмотреть?

– Разумеется, – с жаром согласилась Римма Борисовна, которая вообще-то готова была заплатить за этот день куда дороже.

В Неприновку Римма Борисовна возвращалась торжественно – на старой «Волге», которую смог вернуть к жизни Сергей Петрович. За рулем в этот раз он разместился сам.

В деревне их уже ждали – «Волга» валко подрулила к воротам участка Сергея Петровича и он, выйдя из машины, галантно распахнул перед ними с Марьей Власьевной двери. Выбравшись, Римма Борисовна услышала из-за дома знакомый гвалт.

Она вопросительно посмотрела на Марью Власьевну, но та только хитро улыбнулась.

– Такое дело и отметить надо, – заявил Сергей Петрович, жестом приглашая дам проследовать на участок.

Там уже был накрыт длинный стол, обставленный разномастными стульями, лавками и табуретками. Кто-то из незнакомых Римме Борисовне женщин спешил по дороге с бережно обмотанной полотенцами кастрюлькой.

– Подождите! Подождите, картошечка-то как же! – отчаянно закричала женщина через забор, увидев, что все уже собрались вокруг стола.

Когда все наконец расселись и даже запоздавшая кастрюля свежайшей вареной картошки была торжественно водружена на стол, за воротами с глухим рокотом остановился большой черный джип. Римма Борисовна не поверила своим глазам – из него, тряхнув седоватой гривой, легко выпрыгнул Андрей Михайлович и в сомнении остановился у ворот.

– Пустите в гости?

– Проходите, проходите! – подхватилась Марья Власьевна. – Мы же приглашали! Хозяйское слово закон.

И сурово цыкнула на завозившихся за столом жителей Неприновки.

– Это наш, спокойно.

Гости с тихим ворчанием задвигались, освобождая место – прямо как когда-то Римме Борисовне.

Андрей Михайлович, забыв о недавних сомнениях, вальяжно расположился за столом, и сразу заговорщицки наклонился к виновнице торжества.

– А вы у нас, Римма Борисовна, оказывается инфлюенсер, – произнес он со смехом, вспомнив представленные на суде видео. – Возьмем на заметку.

Увидев, что его противник пошел в атаку, Сергей Петрович немедленно встал, поднял стопку, и торжественно откашлялся. Римма Борисовна, которую в этот раз с почетом усадили во главу стола, приготовилась к тосту. Гомон голосов волной прокатился по столу и стих.