Книга Тени дома с башенкой, страница 94 – Евгения Ринская

– Это справедливо, Иван Петрович, но я прошу приобщить к делу предоставленные жителями деревни свидетельства, на которых видно, что собственник присутствовал в Доме практически все время и активно занимался его благоустройством.

Прежде, чем Римма Борисовна успела понять, о чем идет речь, Полина Семеновна кивнула помощнику судьи, тот нажал на какой-то пульт и белый экран снова ожил. Заставка рассыпалась красивыми звездочками и крупным планом перед присутствующими возникло лицо Риммы Борисовны, заглядывающей в камеру.

– Ну здравствуй, дочь, – прозвучал ее голос. – Сейчас попробую показать тебе наш Дом. Сегодня у меня в планах расчистка первого и второго этажей.

Дальше под веселую музыку, наложенную, вероятно, Марьей Васильевной, были показаны несколько дней ее работы с Домом. Те самые, которые она успела снять до того, как все пошло трагически не так. Это было бы ужасно стыдно, если бы не было так кстати, должна была признать Римма Борисовна. Она покосилась на подругу – та сидела, лучась от удовольствия за проделанную работу.

– … И аудиозапись, сделанную в доме незадолго до поджога, – провозгласила Полина Семеновна, едва ролик оборвался эффектным затемнением.

Римма Борисовна не поверила своим глазам – в руках та держала ее разбитый телефон! Полина Семеновна нажала на кнопку и из динамика раздались хриплые шорохи.

– Не понимаю, где же этот дневник, – раздался за помехами Танин голос. Потом стукнул какой-то ящик. – Ты все приготовил? Керосин?

Второй голос отвечал невнятно, вероятно, находился в коридоре. Этому Римма Борисовна была несказанно рада. Меньше всего она хотела, чтобы опознали Петю. На минуточку, она была обязана ему жизнью.

Дальше последовал какой-то шум, шаги, громкие шорохи – вероятно, кто-то вернулся и подобрал телефон. Вскоре все стихло.

В зале суда тоже установилась тишина. Но наконец-то, это была не давящая тишина – каким бы ни было решение, Римма Борисовна была твердо уверена, что может держать голову высоко.

Суд, казалось, заколебался. Объявили перерыв, во время которого Римма Борисовна просто не находила себе места. Точнее так: сначала она кинулась на шею друзьями, – Сергей Петрович был просто счастлив, – а потом поняла, что не находит себе места.

К счастью, перерыв оказался недолгим. Когда все заинтересованные собрались в зале, судья звучно стукнуламолотком.

– Рассмотрев доводы сторон, а также вновь представленные доказательства, суд постановил следующее…

Сердце Риммы Борисовны ухнуло куда-то в пятки. С удивлением она почувствовала, как кто-то крепко взял ее за руку – обернувшись, она обнаружила, что в нее мертвой хваткой вцепилась Марья Власьевна.

– … Оставить памятник регионального значения по адресу Неприновка, улица Прибрежная, 1, в собственности Романовской Р.Б. Обеспечить регулярные инспекции для контроля состояния особняка, ответственными назначить….

Дальше Римма Борисовна не смогла бы слушать при всем желании – сердце, только недавно провалившееся в пятки, теперь взлетело наверх и отчаянно колотилось в груди, так что почтенная дама мало что слышала вокруг, кроме этого ритмичного стука.

Когда оглашение было завершено, она буквально вывалилась из дверей суда на солнечную улицу. И сразу оказалась в толпе жителей Неприновки.