Книга Простить, забыть, воскреснуть, страница 60 – Аньес Мартен-Люган

Он пытается ей писать, начинает, но не заканчивает письма. Слова кажутся ему пресными, нелепыми и не на высоте его чувства. В минуты слабости и отчаяния он готов позвонить в мастерскую Джорджо и поговорить с ней, услышать ее голос, ободрить ее, объяснить, что он переживает. Но это кажется Лино слишком банальным, поэтому он молчит. Он считает их любовь настолько возвышенной, что ее нельзя унижать материальными заботами. Нет, не может он позвонить ей и сказать: “Алло, это я”. Они заслуживают лучшего. Он знает: она не сомневается, что он вернется. Она будет ждать его, даже если на это потребуется больше времени, чем предполагалось. Она не уедет из Венеции без него. Той ночью они навсегда соединились друг с другом. Стали мужем и женой, в понимании Лино. Чтобы успокоить себя, он часто закрывает глаза и видит в мечтах цепочку со святым Марком на шее у Констанс – они в безопасности на ее обнаженной шее. И этот образ наделяет его силой, необходимой, чтобы держаться.

Прошли недели, а потом и месяцы. Большую часть времени Лино проводит в одиночестве в доме матери. На самом деле ему пока сложно считать его своим. Он присутствует при установке ограждений, отрезающих от имения часть земель. С трудом сдерживается, чтобы не наброситься на рабочих, вырубающих фруктовые деревья матери. Поэтому он скрывается в доме и ждет, пока сможет поехать за Констанс. Альбан давно вернулся в Париж. Лино не интересуют его новости. Он делает усилие только для общения с тетей, которая приходит к нему каждый или почти каждый день. Она терзается беспокойством за племянника.

– Лино, будь благоразумен, – увещевает она. – Твоя мама не хотела бы, чтобы ты так переживал из-за этого места. Ты же отказываешься от своей жизни! Если так пойдет дальше, что-то будет уже не исправить.

– Не волнуйся за меня, скоро все встанет на свои места, и меня ждет потрясающая жизнь.

Она нежно проводит ладонью по его волосам.

– Ты напоминаешь мне Элену… Ты так похож на нее…

Это замечание вызывает у Лино улыбку, и он крепко обнимает Паолину. Она тоже похожа на мать, только в более благоразумной и уравновешенной версии.

– Твои бабушка и дедушка ничего не могли сделать, она жила своей жизнью по собственному разумению… И ты ведешь себя так же! На свой страх и риск…

После трех месяцев борьбы наступает наконец день, когда Лино может оставить материнский дом в полной безопасности. Он принадлежит ему, а скоро будет принадлежать и Констанс. Он ограничивается тем, что предупреждает тетю и Альбана о своем отъезде на некоторое время. Не отвечает ни на какие вопросы. Ему важно держать в секрете, куда он едет и какова его цель.

Лино садится в ночной поезд до Венеции. И снова пускается бежать, как только его ноги касаются вокзальной платформы. Он с волнением вспоминает свой лихорадочный бег по тем же улицам несколькими месяцами раньше и чувствует рядом присутствие матери. Нетерпение и желание пожирают его и наделяют крыльями. Он влетает в мастерскую Джорджо.

– Констанс! Констанс! Где ты?

Он застывает при виде пустого кабинета. Громко зовет Джорджо.

– Giorgio! Dov'è Costanza?[22]

Венецианец появляется из глубины ателье, у него злой и жесткий взгляд. Таким Лино никогда его не видел. Лино сразу охватывает ужас. Он отказывается думать о невозможном.