Книга Простить, забыть, воскреснуть, страница 57 – Аньес Мартен-Люган

Лино появился на свет в этом доме в 1979 году. Он рос в атмосфере сладкого безумия, среди нескончаемой круговерти творцов, которые приезжали к ним работать и любили его мать. У Лино не было отца, но было множество пап. Приближающиеся к Элене мужчины знали, что должны установить особый контакт с ее сыном, если они надеются завоевать ее симпатию, и притворяться при этом не стоит даже пробовать. Элена обладала шестым чувством и сразу определяла тех, кто демонстрировал псевдоотцовскую привязанность к ребенку. Но Лино был так же обаятелен, как его мать, так что ему не составляло труда вызвать к себе любовь. Живущие в доме мужчины осыпали его нежностью, но при этом не отказывались и воспитывать его, отчитывать и направлять, растя из него мужчину. Однако во всем, что касалось сына, последнее слово всегда оставалось за Эленой.

В этой обстановке она обрела равновесие, лелеяла сына и делала то, что ей нравилось – поддерживала людей искусства. Но, главное, она была свободна. Паолина родила сына через несколько месяцев после Элены. Близняшки ухитрились дать жизнь двум почти близнецам. Лино и Альбана воспитывали как родных братьев.

Элена и Лино регулярно бывали в Венеции, она не могла долго обходиться без Светлейшей. Ее сын тоже обязательно должен был узнать этот город. Элена хотела, чтобы Лино напитался его безумием, магией, тайной. Когда они оставались дома, Альбан проводил время с ними. Этому мальчику, гораздо более сдержанному, чем кузен, в котором жизнь била через край, нравилось иногда приобщаться к свободному и праздничному духу, хотя рядом с Лино он чувствовал себя не в своей тарелке. Он заставлял себя следовать за кузеном, как его мать заставляла себя следовать за сестрой. Каждое лето они все вместе отправлялись на побережье Адриатики. Правда, Элена и Лино обязательно по дороге заезжали на несколько дней в Венецию. Разве Элена могла упустить возможность погрузиться в вибрацию Светлейшей?

Позже Элена занялась художественным и историческим воспитанием сына и племянника. Она обладала блестящим педагогическим талантом. У обоих мальчишек развилась та же страсть, что у нее. Чтобы радовать мать, Лино усердно учился в школе, коллеже и лицее, он хотел поступить в одно из знаменитых учебных заведений, чтобы, как мать, служить искусству, и чтобы она им гордилась. С Альбаном получилось по-другому. Он был прагматичнее кузена, одолеваемого фантастическими идеями матери. Он собирался добиться успеха, но не стремился к блеску, осознавая, что не наделен таким даром обольщения, как Лино, и не притягивает к себе, как тот, яркий свет. Искусство и история оставались его любимыми областями, он следовал тем же путем, что Лино, но знал, что всегда будет оставаться в тени брата.

При кажущемся спокойствии Элена всю жизнь ни в чем не знала меры. Она пила, курила, забывала о сне и отдыхе, забывала заботиться о себе. Чем старше становился Лино, тем заметнее это проявлялось. Она стала еще более неуправляемой, когда сын уехал учиться в Париж. Его не было рядом, и к ней вернулась былая одержимость. Она больше не останавливала себя и сжигала все свои ресурсы. Искала веселья в вечеринках, алкоголе, карнавалах, которые длились гораздо дольше, чем их официальные сроки. При каждом приезде к ней Лино замечал, что глаза матери все сильнее заволакивает туман. Элена худела, почти ничего не ела, утратила свои роскошные формы и начала кашлять. Тело постепенно предавало ее, и вскоре все закрутилось очень быстро. Ничто не могло замедлить саморазрушение Элены. Паолина бросилась к ней, пытаясь как можно дольше оберегать Лино. Ведь совсем скоро ее племянник осиротеет.