Книга Синдром тьмы, страница 119 – Рокиа

– Держи, – за спиной внезапно раздается голос Дерека. Он что-то мне протягивает. – Это старая мамина пижама, тебе должна подойти.

Я забираю у него одежду, не отводя взгляда от картинок на стенах.

– Это рисунки Тайлера, – поясняет он, заметив мое любопытство.

– Почему они такие… жуткие?

– Я предлагал тебе вернуться в роскошный дворец. Ничего не трогай, до завтра, – даже не пожелав мне спокойной ночи, он разворачивается, чтобы уйти.

Я громко спрашиваю:

– Уверен, что не хочешь спать со мной?

Он стоит ко мне спиной, и я не вижу выражения его лица, но думаю, что его бесит одна только мысль об этом. Он молча выходит из комнаты.

Дерек не из тех людей, кто любит делиться подробностями своей личной жизни. Рисунки Тайлера – единственные следы, которые могут помочь мне получить более полную картину того, что мучает их семью. Я осматриваюсь и подхожу к портрету, который висит над кроватью. На нем ледяной принц и королева сидят за столом и едят. Во главе стола изображена странная фигура: злобный слон, на которого даже смотреть страшно. В углу плачет ребенок. Кто это? И что это значит? Такой же слон нарисован на другой картинке повыше, вокруг него огромные круги, а в нижнем углу надпись: «мы с мамой боимся». Я хмурюсь, смотрю на другие стены, но слона больше нигде нет. Зато везде эти странные круги. Похоже на фирменный знак. Я подхожу к столику, провожу руками по книгам и обращаю внимание, что Тайлер читает детские сказки, но не настоящие, а те, где простодушные дураки идут за стадом. Я беру посмотреть несколько книг, и мое внимание привлекает потертая тетрадь, лежащая между ними. Я открываю ее и пролистываю несколько страниц.

«Сегодня я случайно ранил своего брата. Он сказал, что все в порядке, что его и раньше ранили. Я сильно испугался, когда увидел, что у него течет кровь».

Я вспоминаю, что сказал Дерек в тот день, когда я порезала руки.

«Я ведьма, которая не контролирует собственных демонов. Знаешь, это опасно. Я могу тебя ранить или даже убить».

«Я уже мертв, меня ранили много раз, и я постоянно истекаю кровью. Ничего нового, Сиа».

Те же самые слова. Это он имел в виду, когда говорил, что его ранили уже тысячу раз? Я переворачиваю страницу и нахожу еще одно странное признание падшего ангела.

«Мама не может оплатить лечение. Брат бросил учебу, чтобы работать. Я очень хочу, чтобы он этого не делал. Он всегда жертвует собой ради меня».

Он пишет только несколько слов на каждой странице, словно, если собрать их в одном месте, они станут невыносимыми. Каждая запись сопровождается теми же странными кругами на краях страницы и другими каракулями. Одна страница полностью закрашена ручкой, так что я не могу разобрать, что там написано. Я листаю на последнюю страницу этого необычного дневника и открываю рот от удивления.

«Сегодня я видел, как брат плачет. Он давно этого не делал».

Больше на странице ни слова, ни одного намека на то, что стало причиной слез принца. Я закрываю дневник и кладу его на место. Дерек плакал. Из-за кого? Тайлер написал, что брат давно не плакал. Возможно, произошло что-то, из-за чего его неприступные стены обрушились.

Я кручу эту мысль в голове, переодеваясь в пижаму матери Дерека. Из-за грозы действительно весь дом будто ходит ходуном, но здесь живет тепло принца, хотя его королевство и ледяное. Интересно, он всегда был ледяным принцем или стал таким, чтобы заморозить зло, которое заставило его плакать? Я сворачиваюсь клубочком под одеялом маленькой кровати. Волнующий запах Дерека убаюкивает мои шипы, усыпляет их как колыбельная. Я не чувствую запаха белой розы, запятнанной кровью, не слышу криков ведьм, не погружаюсь в тьму моего приговора. Я закрываю глаза.