Книга Стигма, страница 191 – Эрин Дум

Я рассказывала, как будто это не моя история, а чей-то дневник. Я не ощущала ее своей в той степени, в какой пережил ее мой отец. Бывает, путь начинается с отброшенного носком ботинка камушка, а заканчивается каменным обвалом, и, возможно, не всегда виновата судьба, если рано или поздно что-то рушится. Некоторые дорожки обрываются, даже толком не начавшись.

– Он появился снова, когда мне было шесть. – Слабый голос, глаза, затерявшиеся в прозрачной воде стакана… Я доставала из глубин памяти этот момент как первое настоящее воспоминание, которое у меня осталось. Не о нем – о маме, которая сияла от счастья. – Мы встретились в Филадельфии. Не помню, чтобы она когда-нибудь была счастливее, чем в тот день. Он поднял меня в воздух и закружил. Я не понимала, кто этот господин, благодаря которому мама так красиво улыбалась. Наверное, он хороший, раз в его компании она так весело смеялась, думала я… – Я погладила пальцами стекло стакана, сдерживая резкую усмешку. Я помнила маму красивой и сияющей изнутри, но в то время я не понимала, что все дело в любви. – Мама надеялась, что он станет часто приезжать, а однажды явится и предложит жить вместе, стать семьей. Но он так этого и не сделал.

Голос дедушки был каплей цвета в акварели моей памяти. Он говорил маме, чтобы она поскорее выкинула из головы этого эпизодического героя в ее жизни, голодранца и неудачника, и что он, ее отец, позаботится о моем колледже. Но у нее ничего не получилось. Она никогда, никогда не переставала его любить.

– Через четыре года он снова объявился. – Я прищурилась, вспоминая то время. Мне было около десяти, но все события очень четко запечатлелись в памяти. – В его жизни произошли перемены. Он нашел работу в страховой компании в Филадельфии, поэтому часто приезжал к нам в гости, приносил подарки и целовал маму в раскрасневшиеся от волнения щеки.

– Они спали вместе? – спокойным тоном спросил Андрас, и я на секунду сбилась с мысли.

– Не знаю.

В моих воспоминаниях Брайан был улыбчивым, приветливым человеком, который, уходя, не оставлял после себя пустоты. Я не воспринимала его как своего папу, потому что он проводил со мной слишком мало времени, чтобы вызвать во мне те же чувства, что я испытывала к маме. Чем больше я думала о том, что же на самом деле к нему чувствую, тем яснее представляла себе запыленное, пустынное… ничто.

– Он присылал нам деньги, устраивал пикники по выходным. Со стороны они с мамой казались парой, судя по тому, как звонко она смеялась. Он делал ее счастливой, наполнял ее светом, но всякий раз уходил. Думаю, он действительно испытывал к ней теплые чувства, считал ее другом, а не только матерью своего ребенка. Они повзрослели, и их пути давно разошлись, но он не переставал по-своему ее любить. Однажды он позвонил и сообщил, что у него есть замечательная новость. Мама сразу засияла. Когда она положила трубку, ее глаза блестели от несказанной радости, переполнявшей сердце. Она прихорошилась и надушилась к назначенному часу, будучи уверена, что знает, какую сказочную новость он наконец собирается сообщить. Она витала в облаках до тех пор, пока он не подошел, не взял ее за руки и не сказал, что влюбился в одну замечательную девушку и сделал ей предложение.

Любовь может разбить душу.