Книга Вторая жена господина Нордена. Книга 2, страница 177 – Катя Лакруа

— Скоро выясним, что с вами такое. — Я пожал плечами и перевёл взгляд на окно. — Что же до служанки Рэмисов, то вы вольны давать любые распоряжения и обращаться с ней, как вам кажется нужным, но лучше без рукоприкладства. И постарайтесь воздержаться от того, чтобы предлагать ей помощь. Не забывайте о своём положении. Ваше дело — проверить её работу после завершения и указать на промахи.

Я снова посмотрел на Элианну, а она тут же покраснела и уткнулась взглядом в чашку, явно пытаясь скрыть от меня смущение.

— Я всё поняла.

— Единственное, за чем я попрошу вас внимательно следить, это соблюдение тишины, насколько это возможно, — прибавил я и придвинул ближе вторую чашку. Вообще-то лучше всего было бы пойти к себе, однако очень уж хочется посмотреть на лицо Элианны, когда она попробует мой кулинарный шедевр.

Я всё-таки взял одну булочку и притворился, что занят завтраком, исподтишка наблюдая за девчонкой. Она откусила кусочек и блаженно зажмурилась. И ещё будет утверждать, будто не питает к еде особо трепетного отношения. Но, надо признать, новая Элианна меня всё сильнее забавляет. Если не думать о странностях, конечно.

— Как же вкусно, — пробормотала она и подняла взгляд на меня. — Вы прямо мужчина-мечта.

— Даже так? — Я удивлённо приподнял брови, отломив кусок булочки. — Не боитесь меня перехвалить?

— Не боюсь, вы ведь и так не страдаете излишней скромностью и сами в этом признаётесь. — Элианна тоже отломила кусочек. — И как вам удалось сделать булочки настолько ровными? Я бы так не смогла.

— Конечно,не смогли бы, если вспомнить, что женщины редко обладают сильными магическими способностями. — Я послал ей насмешливый взгляд. — А я всего лишь применил обычное выравнивающее заклинание. И вообще не думаю, что у меня получилось нечто особенное. С подобным справится любая служанка, в приготовлении пищи нет особых премудростей.

— С чего это вы вдруг вспомнили о скромности? — поддела Элианна. — Вас будто подменили.

— Могу сказать вам то же самое. И, к вашему сведению, скромность здесь ни при чём, просто гордиться нужно чем-то по-настоящему важным, а не приготовленным завтраком.

Я постарался, чтобы тон звучал как можно холоднее. Девчонка всё-таки умеет портить приятные моменты. Она тут же как-то сникла и замолчала, явно боясь продолжать разговор. А мне вспомнился тот день, когда я допрашивал её служанку, и в душе снова зашевелилась тьма.

Я будто снова увидел перекошенное от ужаса лицо Исидории, когда её привели на допрос в кабинет, любезно предоставленный для этого Бруно Азерисом. Едва за дворецким, почти силком затащившим девчонку внутрь, закрылась дверь, как служанка Элианны упала на колени, зарыдала в голос и, заламывая руки, затараторила так, что я едва улавливал смысл:

— Господин дознаватель, я ни в чём не виновата! Мне пригрозили рудниками, а у меня маменька почти слепая, её отправят в богадельню, если я попаду на каторгу! А может, госпожа Элианна меня убьёт раньше! Я ничего не знаю, не знаю, не знаю! Мне нечего рассказать, клянусь! Я не нарочно их застала вместе, и я ведь прислуживаю госпоже Элианне, не могла её ослушаться, когда она велела молчать. Прошу вас, пощадите!

Служанку стало даже жаль: нелегко угодить одновременно и своей взбалмошной госпоже, и старшим Азерисам, да и страхи её вполне понятны и оправданы. Можно было, конечно, наложить на неё заклятие подчинения и заставить говорить правду, однако я не стал этого делать. Неразумно тратить столько сил на девчонку, расколоть которую и так не составит труда. Так что я просто подождал, когда она немного успокоится, приказал встать и начал задавать вопросы издалека. С прислугой обычно разговаривать тяжелее всего: путаются в показаниях, изображают слабоумных и всячески пресмыкаются. Но если правильно начать допрос, то и вытянуть нужные сведения получается быстро. Особенно из женщин.