Книга Она и зверь. Том 3, страница 72 – Maginot

Он запрокинул голову, вглядываясь в россыпь звезд.

Слишком красивая ночь для таких грустных признаний.

– Я всегда хотел жить. Но все вокруг видели лишь мою смерть – считали дни до нее, строили планы. Единственная, кто сказал мне «ты будешь жить», – это вы.

Он существовал, чувствуя дыхание смерти за спиной. Пока другие готовились к завтрашнему дню, он просто радовался, что дожил до сегодняшнего.

– Вы спасли меня. И с того момента моя жизнь принадлежит вам. – Он выдохнул – почти беззвучно. – Как я мог не влюбиться в человека, в чьих руках находилось мое будущее?

– Это… это неправильно. – В ее голосе были слышны панические нотки. – Мы снимем проклятие – и будущее станет только вашим. Полностью вашим.

– Теперь я хочу другого. – Он сделал шаг к ней. – Хочу, чтобы вы остались. Рядом. Даже если… даже если тот поцелуй для вас – пытка.

Тяжелое, звенящее молчание легло между ними.

– Вы сами говорили мне когда-то: если найдешь что-то по-настоящему важное – добивайся этого. Эгоистично, упрямо, до конца. – Он посмотрел ей прямо в глаза, не отводя взгляда. – Так вот. Если придется выбирать между ними и вами…

Он на секунду замолчал.

– Я выберу вас.

Астина зажмурилась – резко, будто от боли. В горле встал ком. Хотелось плакать – или кричать, или просто исчезнуть. Из ее груди вырвался странный звук – что-то среднее между смехом и всхлипом.

– Если бы я любила вас… – ее голос сломался, – я была бы так счастлива.

Он не знал, был ли его ответ правильным. Но это уже не имело значения.

Он взял ее руку – осторожно, будто боялся, что она вырвется, – и разжал побелевшие пальцы. На ладони алели полумесяцы от ногтей. Он накрыл ее ладонь своей – тепло против холода.

– Тогда давайте попробуем?

– Попробовать… что? – неровным голосом спросила она.

– Быть вместе. – Он сказал это просто, без пафоса. – Я ваш муж. У нас впереди целая жизнь. Может, и больше. Не думайте о том, что вас пугает. Я и так люблю вас сильнее – это и дураку ясно.

В его словах не было горечи – лишь мягкая самоирония.

– В вашем темпе. Медленно, как вам нужно. Шаг за шагом.

Она молчала, не поднимая глаз.

Она не верила в любовь. Единственный раз, когда она позволила себе поверить – в прошлой жизни, – закончился катастрофой. Любовь приносила только боль. Короткое счастье оказывалось лишь прелюдией к разрушению.

И все же… разве опыт, превращающий человека в труса, можно назвать полезным?

– Вы сможете ждать? – Вопрос прозвучал тихо, почти неслышно. – Даже если мне понадобится целая жизнь, чтобы… чтобы полюбить вас так же?

Он улыбнулся – искренне, без тени сомнения. Подобная робкая просьба была ей так не свойственна.

– Десять лет. Сто. Тысячу. – Он сжал ее пальцы чуть сильнее. – Сколько бы ни потребовалось. Кто бы ни ранил вас когда-то – я заставлю вас забыть. И полюбить меня.

– Вам будет тяжело. Вы даже можете пожалеть.

– Если это боль, причиненная вами… – он поднес ее руку к губам, – я приму ее как счастье.

Поцелуй тыльной стороны ладони был почти благоговейным – словно он прикасался к чему-то священному.

Слабая улыбка тронула ее губы:

– Вы слишком добрый.

– Просто отчаянно хочу вам понравиться, – признался он с легкой усмешкой.

– Знаете… – она выдохнула, собираясь с духом, – вы мне тоже очень нравитесь.

Он застыл. Глаза его изумленно распахнулись.