Книга Она и зверь. Том 3, страница 50 – Maginot

– Академия долгие годы была хранилищем знаний. Там переписывали эти огромные книги, передавая учение из поколения в поколение. Иначе хрупкие листы не выдержали бы испытания временем.

Хотя это место они уже проходили, Джесси совершенно не могла понять, где она сейчас находится. Она старалась сосредоточиться и на следовании за Астиной, и на ее рассказе.

Вдруг в голосе Астины появилась легкая ирония:

– Но что же происходило с книгами, которые они сочли неблагонадежными?

– Их не переписывали…

– И только? На каждый лист запрещенных книг наносили яд. А поскольку бумага уязвима к влаге, страницы слипались и плохо переворачивались…

Джесси живо представила себе картину: мужчина, пробравшийся темной ночью в библиотеку, раздраженно смачивает палец слюной, чтобы перелистнуть плохо переворачивающиеся страницы. Джесси покрылась мурашками и невольно задрожала. Слегка улыбнувшись, Астина продолжила:

– Все, кто видел те записи, умерли.

И Мартина сожгла все оставшиеся тексты. Ведь огонь завоевания имеет обыкновение стирать многое. То, что не хранилось больше ни в каких записях, знала теперь лишь она. Но это не стоило печали. Даже история Мартины – сколько раз ее рвали, штопали и стирали! Астина, хранящая то, что должны были предать забвению, противостояла самой логике вещей.

Она остановилась и обернулась к Джесси. Из-за короткого приключения и старых сказочных историй глаза той затуманились. Астина протянула руку и открыла вход в реальность. Время приближалось к полудню, и потому ослепительный свет проник внутрь темного лабиринта.

– В мире много секретов, которые исчезли таким образом. Эта чаша – лишь один из них. Я училась у способного профессора и смогла увидеть множество старинных книг.

– Беллаче действительно потрясающая академия, – выдохнула Джесси с восхищением.

– Да. А теперь пойдем – передадим эту вещь хозяину.

Астина замолчала. Погасив лампу и оставив ее внутри, она шагнула навстречу солнечному свету.

* * *

Служанка вернулась ровно через час. Астина и Джесси уже привели себя в порядок – ни единого изъяна, ни малейшего намека на недавнее приключение. Внешне все выглядело безупречно, словно ничего и не произошло. Сажу на нижних юбках обнаружат лишь прачки, и то гораздо позже. Тем не менее служанка не могла скрыть растерянности. Она полагала, что эрцгерцогиня покинет дворец без промедления, а та вдруг выдвинула требование:

– Доложи его величеству императору, что эрцгерцогиня просит тайной аудиенции. Срочно.

Чтобы добиться встречи с императором, следовало заранее уведомить о визите – это элементарная вежливость. Дерзость эрцгерцогини, которая не занимала никакой должности при дворе и внезапно потребовала аудиенции, граничила с оскорблением королевской семьи. Будь на ее месте представитель захудалого рода, ему отказали бы не моргнув глазом. Но столь бесцеремонно отвергнуть просьбу эрцгерцогини император не мог.

Астина прекрасно понимала, что ведет себя вызывающе. И все же пошла на это, рассчитав, что к моменту, когда она покинет дворец, у императора не останется и воспоминания о ее бестактности.

Согласие на встречу пришло неожиданно быстро, и Астина внутренне выдохнула с облегчением: ожидание не затянулось. К счастью или нет, покои императора остались такими же, какими она помнила их с прошлой жизни. Остановившись перед огромными дверями, Астина на миг окинула взглядом эту частицу былых времен. Сожаления она не испытывала. Будь она привязана к богатству, не уступила бы трон Эльсиеру. Лишь новые ощущения были неизбежны.