Книга Любовь до гроба и после, страница 63 – Пальмира Керлис, Матильда Старр

— Гадкая девчонка, от тебя одни неприятности! Какого демона твои мерзкие твари трогают своими мерзкими лапами мои вещи? Да я тебя! Да я тебе!..

Я демонстративно фыркнула, Анора рванула вперед, будто собиралась на меня наброситься. Зря. Мои водоносы не отличались меткостью: на полу вокруг бассейна скопились многочисленные лужицы. На одной из них эта нехорошая женщина и поскользнулась. Нелепо взмахнула руками и шлепнулась возле бассейна. И снова сказала: «А!» Длинное такое, визгливое и очень громкое «А».

Она попыталась встать. Потеряла равновесие и плюхнулась прямов жакузь. «А» сделалось еще громче, к нему добавились ругательства. Бассейн к этому моменту был уже наполовину полон, ну или наполовину пуст. У каждого свой взгляд на подобные вещи. Но с точки зрения Аноры, скорее все-таки полон.

Запутавшись в своем пышном платье, она ушла под воду, отчаянно колотя руками и ногами. Несколько моих умертвий заботливо вылили на Анору содержимое донесенных емкостей, одно уронило на нее ее же кружку. Я встала с кровати, всерьез раздумывая над тем, чтобы оказать ей посильную помощь. Она ведь тонет в моем бассейне, а это вроде как моя зона ответственности. С другой стороны, утонуть в нем невозможно, даже если очень постараться. И я ее к себе в комнату не приглашала. Сама вломилась, пусть сама и разбирается с последствиями. Во всяком случае, мой наставник считает именно так, а я должна у него учиться.

Пока я терзалась муками выбора, Анора справилась и с бассейном, и с собственными ногами-руками, и с платьем. Умудрилась вынырнуть и сесть. Видок у нее был, конечно, тот еще. Мокрые волосы висят сосульками, лицо перекошено от злости, воланы платья съехали вниз. Ее и без того глубокое декольте стало ну очень глубоким. Я бы сказала — окончательно глубоким. Довольно-таки внушительно у нее было в этом декольте. До Домры ей далеко, но многие девчонки с нашего курса удавились бы от зависти. Глупые.

У меня, разумеется, никаких зависти и глупости не было. Я лишь обратила внимание, что веснушки у нее на груди какие-то странные. Темно-синие, словно кто-то брызнул чернилами.

— Чего уставилась? Помоги выбраться! — заверещала Анора. — Я расскажу Виларду, что ты тут устроила, и он вышвырнет тебя из нашего дома в пять минут. Поняла?

Но я уже не слушала. И смотрела не на нее, а в дверной проем, где горой возвышался мой наставник. И был мрачнее тучи. О тьма! Почему он так быстро вернулся с кладбища? Мог бы еще немного там побыть: разрыть с Зейном пару могил, произнести пару заклинаний…

Вилард бросился к невесте, вынул ее из бассейна и укутал в свой балахон. Какое кощунство — заворачивать в некромантские балахоны отвратительных девиц, которые к некромантии не имеют отношения. Впрочем, возможно, он сделал это специально, чтобы не видеть ее окончательно глубокое декольте.

Я напряглась. Ну вот сейчас он мне выскажет. Ох, чего только не наслушаюсь!Ругаться будет на чем свет стоит. Однако Вилард молча окинул мою бригаду умертвий усталым взглядом, обнял болотную невесту за плечи и увел из комнаты.

Мне пришлось вычерпывать воду, разбирать жакузь и мыть полы. Причем самой… Моя мертвая бригада совершенно раскоординировалась и на каждом шагу теряла косточки. То ли потому, что умертвия намокли, то ли Анорины визги подействовали на них деструктивно. Или я не могла сосредоточиться после пережитого стресса. Хотя последнее вряд ли, все-таки истинная некромантка может сосредоточиться при любых обстоятельствах. И вообще, мой опыт показывает, что в любой непонятной ситуации виновата Анора. Я жакузь сооружала для себя, а окунулась в нее она. Разве это справедливо?