Книга Любовь до гроба и после, страница 52 – Пальмира Керлис, Матильда Старр

— Я ведь пойду на похороны как сыщик. Веду расследование, поэтому мне необходимо там быть. Слушать, что говорят, расспрашивать, присматриваться к подозреваемым…

Я внимательно смотрела на Виларда: не дрогнет ли на его красивом лице хоть один мускул. Не дрогнул.

— Я так и понял, — равнодушно ответил он.

Катастрофа… Просто катастрофа! Я судорожно думала, чем бы еще таким его ошарашить, чтобы пробить броню безразличия, но было поздно: мы дошли до особняка.

— Спокойной ночи, — попрощался он со мной в коридоре. — Завтра у нас выходной, никакой практики, но не забудь, что послезавтра я жду от тебя письменнуюработу над ошибками на тему прошлого занятия.

Да уж не забуду! У меня как раз с головой все в порядке, не то что у некоторых.

Наверх я поднималась будто в тумане. Не видела ни стен, ни ступенек — ничего. В висках пульсировало одна-единственная мысль: я совершенно безразлична Виларду… Наплевать ему, что со мной будет, в какие передряги я попаду. Даже если со мной случится что-то страшное, он и переживать не станет. Кажется, окончательно вычеркнул меня из своего холодного некромантского сердца.

Я ввалилась в комнату, рухнула на кровать. Рыдать в подушку не стала — это было бы недостойно адептки тьмы. Пусть этим занимаются всякие романтичные девушки в розовых платьях с кружевными оборками. А я не такая.

— Бэллочка! — окликнула я.

Та выбралась из гнезда, свитого из лоскутов рубашки Аноры и накидки Зейна, и запрыгнула ко мне на кровать. Посмотрела озадаченно. Ну да, такой растерянной приспешница меня еще не видела. Но я-то звала ее не затем, чтобы она на меня пялилась.

Я сгребла белку в охапку, уткнулась носом в рыжую шерстку и наконец разрыдалась. Потому что рыдать в собственноручно поднятое умертвие — это вам не в подушку. Это вполне достойно истинной некромантки.

На следующий день вид у меня был прямо для похорон: красные глаза, припухшее лицо. Наряд подбирать не пришлось, мрачных платьев в моем гардеробе полно. Надевай любое, сверху черное пальто — и вперед.

Народу на кладбище собралось много, гораздо больше, чем в прошлый раз, когда хоронили старика Бурдона. Нет, тогда пришел весь город, было не протолкнуться. Но сейчас, очевидно, понаехали и из соседних городов. Все смиренно ожидали начала церемонии, хотя гроб пока даже не привезли. Куда более массовое мероприятие вышло. Оно и понятно, сколько там было того старика! После посмертного допроса, который мы с некромантом и Бэллочкой не слишком удачно провели, от усопшего осталась маленькая коробочка, смотреть особо не на что…

Теперь ситуация была иная, под огромным развесистым деревом на краю кладбища вырыли целую могилу, что я посчитала справедливым.

Только вот как прикажете в этой толпе вести расследование?

Я поискала взглядом своих подозреваемых. Кое-кого заметила сразу. Гадкую Анору в сопровождении моего наставника. Что ж, он не обманул, действительно ее поддерживал. Под локоть.А она изо всех сил изображала скорбь. Всхлипывала, поправляла идеально сидящий на фигуре черный плащ, картинно подносила руку ко лбу под вуалью и снова всхлипывала.

— Нет, ну ты видела? Вот ведь… актриса. Уверена, глаза у нее сухие.

Обращалась я, конечно, шепотом к Бэллочке. Не могла же я оставить верную приспешницу дома, когда тут такое! Тем более в этот раз никто не запрещал мне ее брать.