Книга Пристрастное наблюдение, страница 25 – Николь Фенникс, Марта Солнечная

И вчерашние цветы вполне могли быть от него… Или Олега — вот вообще не хотелось бы. «Или… — напомнила себе, — или любого, кто был на субботнем вечере». Но, чтобы узнать это нужно было собрать больше информации о приглашенных на тот злополучный ужин.

Это было непростой задачей. Несмотря на постоянное «присутствие» в моей жизни, что я собственно знала о наблюдателе? Только фильмы, которые смотрел, еще некоторые прочитанные книги… Иногда он рассказывал кое-что об архитектуре незнакомых далеких городов (я даже не знаю, правда ли он их все видел воочию), делился какими-то забавными наблюдениями. А еще присылал мне много фото красиво и необычно оформленных блюд, по которым я мечтала создавать свои будущие кулинарные шедевры.

Вот если бы мне удалось разговорить Игоря, то я была уверена, что смогла бы разгадать своего сталкера. И на одну тайну стало бы меньше.

Может и получится.

В этот раз на большой перемене мы все же отправились в кафе. Там действительно было весьма атмосферно. Очень светлое помещение со сложным дизайном потолка и стенами в космическом стиле и десертами в виде планет. Мы сели на лучший угловой столик с видом на проспект и между нами завязался разговор.

— Скажи, Игорь, а твоя семья давно общается с Пантелеевыми?

— Довольно давно, Жень… Его отец вроде ладит с моим, хотя мне кажется, что Пантелеев только себе лучший друг и товарищ. Мы с братьями особо не вникаем, разве что Руслан, может, в курсе чего там за дела. Он же по отцовским стопам пошел в полицию.

— А вы с Олегом, вроде как не друзья?

— Пантелеев — темная лошадка… И сынок его такой же мутный.

— Тебе не очень-то они нравятся?

— Само собой! Знаешь, довольно странная история — то, как он разбогател и в Москву перебрался. Этот Сергей Михайлович у себя в области никем был. Так, мелкий чиновнишка… посредственность. А потом лет десять назад, как из рога изобилия посыпались на него проекты. И один масштабнее другого. И все их без единого промаха проводил. Даже с экономией бюджетных средств. Всероссийские мероприятия из нищего областного бюджета на таком уровне оформлял, будто душу дьяволу продал.

Вскинула на него глаза. Знала я и дьявола этого, которому Пантелеев продался. Я с содроганием вспомнила поистинедемоническую фигуру Марковича.

— А там уж и в Москве его заметили. Пригласили его и сразу на тепленькое местечко. Так из Тамбовской области и приехал в столицу с женой и сыном.

— Тамбовской? — вздрогнула я.

— Ой, ну, да, — он хлопнул себя по лбу, — Это ж твоя мама. Извини.

— Ничего. А, правда, что Марковичи, они тоже были на ужине, бизнесом занимаются?

— Ох, Женя, да какой там бизнес?! Сплошной криминал. Через богатство и знакомства папаша Маркович, как спрут, по всей России щупальца свои кровавые тянет. А отец и рад угождать малейшим его прихотям, да и не только он. Заметила, как Пантелеев пред ним трепещет? Отказываться от предложений Марковича — нельзя. А в его день рождения не явиться с должным почтением — это подписать себе смертный приговор.

— А Марковичи откуда?

— Они с сыном то ли из Сербии, то ли из Хорватии. Мать Стефана из Белграда и невеста Мартина там же ждет. Он уже несколько лет ею бредит. Постоянно летает, но никому из нас не показывал. Хотя, может, он эту Мартину бережет.