Книга Пристрастное наблюдение, страница 23 – Николь Фенникс, Марта Солнечная

Я не знаю, как описать свое состояние. У меня не было чувств, кроме безумного страха и отчаяния. Но через секунду стало еще хуже. Дверь кабинета отворилась. На пороге стоял Олег. Я смотрела то на куски стекла у ног, то на его изумленное лицо и понимала, что мне лучше просто умереть. Обреченно опустила голову. Олег включил свет. Молча, по-деловому осматривал масштабы бедствия.

— Развлекаешься? — он опять веселился, — Что ты тут потеряла?

— Я… — у меня даже не было заготовлено версии, — мне показалось… что я услышала странный шум. Я пошла проверить и вот…

Олег, как бы соглашаясь, закивал головой. Но больше ничего не говорил. Я чувствовала, что он просто издевался и не верил ни одному моему слову. Ну, что ж, я бы тоже не поверила. Чтобы нарушить это напряженное молчание, я присела и дрожащими руками стала собирать осколки некогда прекрасного сосуда.

— Стой! — приказал парень, — Я принесу совок.

Но один кусочек стекла уже впился мне в ладонь. Моментально выступила темная кровь. Когда он вернулся со щеткой, теплая бордовая струйка уже оплетала мое запястье. Олег сразу заметил и выругался себе под нос.

— Иди на кухню, я сам закончу.

Я чувствовала себя очень угнетенно. Стояла на кухне, сжимая запястье, и смотрела, как моя кровь капает в раковину. Через минуту Олег выкинул бывшую вазу в мусор. И встал за моей спиной. Из непонятно откуда взявшейся аптечки он достал перекись и щипчики.

— Ну, что там у тебя, чудо? Показывай.

Парень очень умело вытащил застрявший осколок и аккуратно обрабатывал рану, заглядывая мне в глаза, так, словно хотел что-то в них увидеть.

— Ваза … была очень редкая и дорогая? — наконец, решилась задать вопрос.

— Бесценная, — протянул как бы нехотя.

— Боже мой!

— Да, чудо, ты умеешь попадать в неприятности, — грустно усмехнулся Олег.

— Я нечаянно… — было так жалко себя, и в тоже время я отдавала себе отчет, что оказалась в такой ситуации по своей вине.

— А ты знаешь, что в приличных домах все действительно важное принято хранить в сейфе?

— Я не собиралась ничего красть, — почувствовала, что краснею.

— Ну, да, о чем это я? Ты же у нас сама «зарабатываешь».

— А Ты… Ты только и делаешь, что смеешься надо мной и обвиняешь! А мне даже дышать тяжело рядом с тобой. Ну, что ты рад, что я так облажалась? Конечно, это был просто вопрос времени. Но, знай, что я не искала вас и сюда не напрашивалась. Я много чего не знаю о правилах вашей «элитной» жизни и чувствую, что в тягость. Я уеду, как только поговорю с Сергеем Михайловичем. Давай просто не замечать друг друга это время?

Я вырвала руку и понеслась к себе. Я успела заметить, как Олега перекосило от моих слов и, наверное, показалось, но я правда видела досаду и сожаление на его лице.

По привычке вышагивая из угла в угол моей спальни, я постепенно успокаивалась. Ну, не убьет же меня Платонов за вазу, пусть и бесценную!? В конце концов, признаюсь, что нашла работу и хочу съехать. Пообещаю, что от меня больше не будет проблем. Подпишу ему бумагу о том, что не буду общаться с прессой.

В голове все выстраивалось вполне логично. Я дам ему то, что он хочет и избавлюсь от этой отвратительной семейки.

Я села искать информацию об отказе от наследства. Но тут все было очень туманно. Выяснила только, что любой отказ мог быть оспорен в течение трех лет. Что-то типа срока давности в делах наследства. В принципе, ни один юрист не давал гарантий на этот период. Наверняка, Сергей Михайлович все это знает. Ну, не собирается же он держать меня при себе все это время?