Книга Третья леди Аргайла, страница 37 – Илона Якимова

— Ну ты и дура, Маклин. Чудо Господне, что она тебя не сожрала…

Потом Кэт рассказали, что Фрейя разорвала горло малому, решившему ее покормить, за то, что он потянулся к щенкам, Фрейя шутить не любила.

Уложил на постель, как была, одетой, отстегнул у себя с пояса небольшую флягу, выдрал из нее пробку:

— Пей! Пей, кому говорю…

Кэт трясло. И от зелья, которое чуть не силком влил ей в рот, не полегчало, но чуть потеплело. Аргайл внимательно проследил действие виски, кивнул сам себе, потом кликнул Сорчу и комнатных девушек — помочь графине. Сказал напоследок:

— Сходи… вот что, сходи-ка, поставь свечу святой Катерине, как придешь в себя. Или кому там ставишь обычно.

— Говорил же, — обернулся уже в дверях, — не трогать тот ключ!

Что ж, если она хотела расколдовать и увидать человеческое лицо оборотня Аргайла — ей почти удалось. Вот только то лицо светлой своей стороной было обращено к Фрейе.

Вечером не остался и на ту ночь не пришел, пришел на другой день и посреди дня. И по лицу его было понятно сразу, что пришло время для Кэтрин держать ответ:

— Зачем тебя понесло к собакам, Маклин?

— Потому что… я знаю, кто они на самом деле, милорд. Я не дам вам погубить вашу душу.

— Что⁈

Он не орал. Аргайл никогда не орал на нее за все краткое время супружества, он ни на кого при ней не орал, но тут рявкнул так, что стоявшая Кэт так мигом и села на лавку, словно ее высокой волной в грудь ударило.

— Кто сказал тебе такое?Отвечай!

— Не стану, милорд. Не хочу наказания этому человеку.

— Я все равно узнаю, Маклин. Пусть и не сразу. И тогда уж накажу вас обеих. Ведь женщина, да?

— Женщина, милорд.

— Ох, бабы… — выругался сквозь зубы и вышел.

Мораг после того дня некоторое время шелестела по стенам Ущелья тише воды, ниже травы. Прибил ее Аргайл или нет, Кэт не спрашивала, но маленького ключа от псарни на ее связке все-таки больше не было.

Про «поставить свечу» Кэтрин не надо было указывать дополнительно. Вообще жизнь на Айоне приучила ее к монастырскому распорядку и в частной жизни. Было время для дел хозяйственных, а было и для молитвы, и оно никак не менялось, оставалось всегда одним и тем же, как время чтения и время вышивки. Известно, что дьявол уловляет душу, пребывавшую в праздности, так что не надо давать ему и возможности соблазнить. Кэт навещала часовню утром — поблагодарить Господа за новый день, и вечером — сказать спасибо за день прошедший. Святой Катерине она, и правда, поставила свечу, своей покровительницей почитая Сиенскую. История с собаками слегка отдалила ее от мужа — хотя и было ли приближение вообще в ее общении с этим странным творением Господним? Она не постигала Аргайла как человека, она видела в нем мужа — существо, имеющее на нее телесные права и должное ей взамен некое имущественное обеспечение и защиту. О том она и молилась — о взаимопонимании, но образ святой Катерины никак не помогал его обрести. Святые же вообще большей частью не семейные люди, странное дело просить у них помощи в деле, которого они не изведали, но больше не у кого. И не на кого надеяться.

Свечи догорали, пора было возвращаться в спальню, отойти ко сну.

— Как вы полагаете, отец Колум, — спросила, поднявшись с колен, — а не хорошо ли будет мне взять теперь пост?