Книга Немного о потерянном времени, страница 112 – Дора Шабанн

— Марик, милый, если ты, не приведи Пресвятые Просветители, обидишь Гаухар, я тебя удавлю. Лично. Полностью отдавая себе отчет в своих действиях. Потом, вероятно, сойду с ума, но это уже не важно. Ты меня понял?

Я понял.

И выбор свой сделал.

В моей жизни случилось чудо и надо быть полным идиотом, чтобы его упустить.

Поэтому, раз уж сокровище мне досталось с особенностями, то и впечатлять его надо так же — ото всей широты души и изо всех сил. Поэтому я, надевая ей на палец кольцо, категорично заявляю:

— Безопасность!

Гоха теряется на мгновение и нерешительно переспрашивает:

— Безопасность?

— То, что я гарантирую тебе в браке, в первую очередь, это безопасность, честность и верность.

Бриллиантик округляет свои волшебные азиатские глазки:

— Прямо в браке?

— Естественно. А что тянуть? Я столько лет потратил на ожидание невозможного, что сейчас я, в принципе,очень хорошо представляю, какой должна быть семья, какие должны быть в ней отношения, что важно, что необходимо, а чего всеми силами следует избегать.

— Вот как? — ну, сразу по морде не зарядила, разговаривает, значит, норм.

Улыбаюсь, тяну свою девочку ближе, тискаю с наслаждением и мурчу:

— Да, спасибо маме Рите. Она всегда верила в то, что мозги мне подвезут. Просто надеялась, что это произойдёт лет на десять раньше. Ну, я сплошное разочарование, что тут поделать?

Гаухар разворачивается в моих руках, поднимает сияющие глаза, ведет осторожно ладонью по щеке. У меня весь загривок дыбом. И не только он, бл*.

Сука, не напугать бы малышку.

— Разочарование? Брось, ты — прелесть! — нежно касается губами моего рта, а я чуть ли не под ноги ей готов рухнуть.

Сжимаю крепче свое нежданное сокровище, натурально держусь за нее и шепчу в розовеющее ушко:

— Прелесть в нашей семье ты, а я оплот, добытчик, гарант стабильности и безопасности! Поняла, негаданное счастье мое?

Бриллиантик беззаботно хихикает и вдруг совершенно иным тоном уточняет:

— Ты про замуж серьезно?

Хмыкаю, целую в нос:

— Детка, мы едем подавать заявление. Сейчас. Так что да, я серьезно.

Подхватываю ее под руку и устремляюсь по найденному в интернете адресу. А в дороге приходит дельная мысль:

— Милая, как тебе первое декабря?

— Мне-то нормально, но что скажут гости?

— Гости — дело житейское. Во! Сейчас спросим, — набираю давно известный номер.

— Мама Рита, я женюсь. Первого декабря мы с Бриллиантиком ждем вас с семьей на свадьбу.

— Ох, дети! Какая радость! Поздравляю! Наконец-то.

Слышу, как она всхлипывает. Я охрененный дебил, у нее же сердце!

— Мам Рит, вы там как?

— Я, Марик, замечательно. Можно даже сказать — чудесно. Дождалась. Спасибо, дети. Обними Гоху от меня. Я очень за вас двоих рада.

— И мы, мы тоже очень рады. И ждем вас. Подробности письмом. Целуем.

Обнимаю свою детку и довольный топаю к цели.

Когда мы, счастливые и смеющиеся, покидаем районный ЗАГС, моя невеста, останавливается на крыльце и сбивает меня с моих полных разврата мыслей, неожиданным заявлением:

— Представляешь, на нашей свадьбе счастливы будем не только мы двое, но и ещё как минимум три человека, или шесть, или вообще десяток.

Ржу так, что мимо проходящиебабки шарахаются.

Смотрю на эту удивительную девушку и чувствую, как сердце сжимается от ужаса: мог упустить, не увидеть, не позволить.