Книга Измена. Закрывая гештальты, страница 55 – Дора Шабанн

— Не тронь Олю!

— Научи ее, воспитай, приструни. Мне плевать, что ты с ней сделаешь и как, но если она еще хоть раз появится около наших детей… Романов, я тебя предупредила.

Береговая артиллерия дала пристрелочный залп.

Рома все прекрасно понял.

А если нет?

Что ж, мои подруги, приятельницы и знакомые времен дней студенческих всегда готовы объединиться в «Клуб Первых Жен».

Делаем мы это редко, но настолько метко, что до сих пор Рома, слушая о наших нечастых акциях возмездия в адрес проштрафившихся мужей, вздрагивал и крестился.

Проверим, насколько ему мозги всплеском гормонов отшибло.

— Ты куда, Одиссей? От жены, от детей?

Одиссей, Одиссей,

Милый Одиссей, милый Одиссей?

— Шла бы ты домой Пенелопа!

Л. Дербенев

«Ирине сложно, сейчас сломалась привычная жизнь (да, она была не так чтобы счастливая, но спокойная и налаженная), близкие удивляют и по большей части неприятно, с поддержкой сложно, решения нужно принимать одной, самой и очень серьезные…» — из-под моих пальцев в глухой ночной час лилась новая история.

Я решила выплеснуть, выплакать за монитором и клавиатурой все то, что кипело, булькало и рвалось изнутри меня с каждым днем все сильнее. Подпирало и душило, отравляло и провоцировало слезы. А здоровье-то мое внезапно оказалось очень не очень.

Поэтому от лишних переживаний я попробовала избавиться так, как могла — поделиться ими с любимыми читателями.

Почему я одна должна страдать, а?

В целом, все было не так плохо, как мне казалось.

И неожиданный больничный не только позволял уволиться из районной Администрации без отработки двух недель, но и дал мне возможность остановиться, оглядеться, прислушаться к себе.

Я мало писала, в основном — то, что было в процессе. Завершила один роман, но не начала сразу же выкладывать новый, ибо спала, гуляла в парке у дома, пила чай на кухне у окна с видом на новостройки родного района и плакала.

А вот тут вдруг накрыло внезапно и слова, как полились. Только успевай записывать.

Все творческие планы на фиг, все те истории, что собиралась публиковать — в очередь, в сторону, сейчас просто так, без плана и предварительного обдумывания рождался больной, колючий, но искренний до самой последней буквы роман: «Измена. Кто я без тебя?»

Попала, холера ясна, прямо в тренд!

Надо же, на старости лет сподобиться.

Бросила взгляд в сторону, на подоконнике в ряд стояли корзиночки с цветами. Шесть штук.

Игорь становился все более утомительным.

Вздохнула. Но главным сейчас был не он, а те образы, что просились из-под пальцев в рабочий файл, поэтому один из навязчивых поклонников был благополучно забыт, а я вновь углубилась в перипетии развода Ирины и Алексея Разумовских, проживших в браке двадцать лет и внезапно ставших друг для друга врагами.

В себя пришла в семь утра, когда Лера тихонько прокралась из своей комнатыв ванную.

Езус-Мария, ничему меня жизнь не учит, а?

Выползла на кухню, сделать ребенку завтрак.

— Мамочка, что случилось? Тебе плохо? — первое, что уточнила дочь, появившись в дверях.

— Мне скорее хорошо, но будет понятно ближе к середине дня, когда я проснусь…

— Мам, ты, конечно, сама себе большая девочка, но так упахиваться на больничном, да с твоим давлением, — дочь глядела укоризненно.