Онлайн книга «Измена. Закрывая гештальты»
|
Ой, кто это там злого медведя разбудил? Ревёт и рычит с другой стороны трубки очень впечатляюще. — Милая, ты всегда была чудесной матерью, внимательной невесткой и хозяйственной, заботливой женой. Так что ничем не заслужила вот это вот все. И дети тоже. Ничем. Тут я вздохнула так мощно, что Николай Романович должен был прочувствовать: как мне горько и как я сожалею… Поэтому печально пробормотала: — Сожалей — не сожалей, но уже так вышло, увы. Я поговорю с Костей и Лерой и сегодня вечером, перед сном, и завтра утром. Поддержу как смогу, и постараюсь отвратить их лик от психотропных препаратов. Помолчали. Спокойно. Печально. С пониманием. А затем свекор вдруг выступил с неожиданным предложением: — Да, все разумные люди сожалеют. Сейчас сын мой теряет многое. И всего этого не вернуть с годами. Но это его выбор, поэтому мы с Таней сожалеем, но, кроме «поддержки вам» — ничего больше сейчас сделать не можем. — Я очень благодарна Вам за эту осознанную позицию, — успела только выдохнуть. А тут уже следующий вопрос: — Опять мать? Придется ей утереться и потерпеть, — здесь Николай Романович хмыкнул. — Опять. Я, если честно, уже устала, но это же мать. Дед Коля теперь помолчал подольше, но мысль свою все же сформулировал: — Арина, я все понимаю, но она сейчас как жернов на твоей шее. Да, Алена Ивановна дала тебе жизнь, а потом долго, изобретательно и упорно ее калечила. Ты ей ничего не должна, слышишь? Так же как и сыну моему. Вот поверь старику, придет и на Ромкиной улице время печали. Хихикнула, вспомнив сытую физиономию бывшего, все эти засосы и расцарапанную шею: — Верится с трудом, но да ладно, не о том я печалюсь. — Ариш, прекращай печалиться. Я думаю,что адвокату надо требовать алименты на двоих детей, милая. Пусть все будет, как положено. На этом мирно распрощались. Я изрядно обалдела от идей свекра, хоть они с моими в кои-то веки вполне даже пересекались. Пусть я и не сильно верила в благополучный исход, но адвокату написала: «Требуем алименты на двоих детей. Как полагается по закону!» Уснула после этого быстро, спала без кошмаров, а ответ увидела уже утром. «Наконец-то. Все сделаем, Арина Егоровна, не волнуйтесь!» И пасмурный дождливый день за окном заиграл другими красками и эмоциональной наполненностью. Да даже давление утром после пробуждения было ничего так. Спокойно позавтракали с сыном, который внезапно сильно уперся в учебу и ваял рефераты, сообщения, сравнительные таблицы и презентации просто вагонами. После еды Кот, убрав тарелки в раковину, чмокнул меня в макушку и ускакал с кухни, со словами: — Там у меня еще сообщение про экономическую и политическую ситуацию в странах Центральной Африки надо сегодня отправить. Налила себе вкусного чая. Долго смотрела в окно на только еще пробуждающуюся природу после зимних бурь и вьюг. Сопела, мурлыкала навязчивую мелодию. Была занята чем угодно, только не тем, чем надо. В итоге рассердилась на себя, выдохнула, зажмурилась и набрала Рому: — Еще раз твоя Ольга сунется к Лере, начнет ей рассказывать, что для тебя твои дети не имеют значения — пожалеет. Прими меры или я забуду про воспитание, наплюю на принципы и урою твою зазнобу. Ты меня знаешь. И подруг моих тоже. После минуты молчания, бывший прорычал в трубку: |