Книга Операция «Приручить строптивую». Моя без шансов, страница 48 – Ульяна Романова

А я… Зачем я пыталась оправдаться? Меня ведь не должно волновать его мнение о моем моральном облике?

— Хорошего дня, Стервелла, — выдал он уже намного мягче. — Пойду я, подчиненными покомандую.

— И из ваших уст иногда можно услышать мудрые мысли. Сразу нужно было идти, а не тратить на меня ваше драгоценное время, — я послала ему улыбку.

— А как же пошипеть по-нашему, по-змеиному? — игриво изумился он.

Я даже растерялась от смены вектора эмоций нашего разговора. Только что рычал и командовал, а спустя два предложения расслабился и даже говорить стал мягко… Словно его подменили в процессе.

Он сделал еще шаг ко мне и остановился. Близко. Даже слишком близко. Приподнял бровь и посмотрел мне в глаза. Пристально. Сглотнул и напрягся всем телом.

А я упрямо продолжала стоять на месте, не делая попыток отшатнуться, увеличить позорно маленькое расстояние между нами.

Я была настолько ошарашена, что просто стояла и смотрела в его черные глаза. В голове была зияющая пустота. Ни одной мысли, вакуум. Только сердце отбивало часовую норму ударов за минуту.

— Дана, — голос Андрея с трудом пробился сквозь шум крови в ушах, — я освободился… Хасан?

Хамидзе даже головой мотнул, словно сбрасывая наваждение, и перевел взгляд на Андрея. Очень недовольный взгляд.

Бывший одноклассник тоже знатно напрягся, и взгляды мужчин скрестились, как те валики, которыми мы с Хамидзе фехтовали в моих фантазиях.

— Я так понимаю, знакомить вас не нужно, — почесала я нос, уговаривая себя перестать витать в облаках.

— Знакомы, — отчеканил Хасан.

Перевел взгляд на меня и горячо пообещал:

— До встречи.

Я думала, что он собирается уйти, но Хасан притормозил рядом с Андреем, и еще несколько мгновений мужчины смотрели друг на друга. Напряжение повисло в воздухе, но Хасан оказался умнее.

Нахально ухмыльнулся, обошел Андрея и медленно и вальяжно вышел на улицу. Все его движения говорили, кто в здании главный.

Я смотрела на его удаляющуюся за дверью фигуру и только в тот момент поняла, что почти не дышала все это время. Выдохнула воздух из легких и постаралась улыбнуться Андрею.

— Сейчас строители с окнами закончат, и поедем пить кофе, — миролюбиво предложила я.

Андрей подозрительно покосился на меня и согласно кивнул. Молча.

Я же могла лишь задаваться одним-единственным вопросом: что это было? Я и Хамидзе… Святая кочерга, у меня ведь не могут просыпаться к нему чувства?

Или… могут?

Хасан

Я поднялся к себе в кабинет, заперся и смотрел в стену. И пытался успокоить взбесившиеся нервные клетки. Эта женщина умудрялась всю мою нервную систему наизнанку выворачивать.

А я послушно превращался из взрослого мужчины в дурного подростка! У нас даже самый младший братишка Дамик так не фестивалил, как я. Или в сорок два уже можно вести себя как придурок? Списать на кризис среднего возраста и возрастные изменения мозга…

И я не мог сказать, что мне по жизни не хватало острых ощущений. У меня был бизнес и сын-подросток, который добавил седых волос моей бороде.

А острых ощущений я в том году хапнул — пятилетку за два дня, не меньше, когда мы с Камом украли Лию. И больше к экстриму не стремился.

Пока эта красноволосая коза не появилась в моей жизни, и теперь каждая встреча с ней — экстрим.

Заводила она… До колючих ежиков перед глазами. Словно вызов каждый раз бросала взглядом, и я не мог его не принять. Вытаскивала из меня что-то давно забытое, почти похороненное под бытом, делами и тоской. Будила охотничий азарт, который уже много лет покрывался слоем пыли. Пробуждала во мне охотника, мужчину в самом первобытном смысле этого слова.