Книга Операция «Приручить строптивую». Моя без шансов, страница 45 – Ульяна Романова

Рустам сразу же стал похож на доброго плюшевого мишку и, кажется, даже покраснел, вызывая у меня умиление.

Меня провели по первому этажу, очень дотошно отчитываясь по каждому окну и рассказывая все детали. Я слушала с умным видом, иногда кивала и надеялась, что делаю это в нужных местах, потому что бо́льшая часть слов мне была непонятна.

Мы бы, наверное, еще поболтали, но строители включили какой-то шумный инструмент. Я решила дождаться окончания работ на улице, потому что сквозь этот шум не слышала даже собственных мыслей. Вышла на крыльцо, вдыхая свежий воздух, чихнула от пыли, которая летала по всему зданию и…

— Дана? Дана, это ты?

Я повернула голову и присмотрелась к мужчине, который казался смутно знакомым…

— Андрей? — наконец вспомнила я. — Кузнецов? Вот так встреча! Как ты изменился!

Я спустилась по лестнице и обняла бывшего одноклассника.

— Сколько лет мы не виделись? — осматривая меня с ног до головы, уточнил Андрей. — С выпускного, да?

— Кажется, да. Мы с Дэном уехали шестнадцать лет назад… Рассказывай, как твои дела? Как мама? Как сестра? Чем занимаешься?

— Так, Данулик, ты торопишься? Я к нотариусу приехал, — он указал рукой на здание неподалеку, — мне надо кое-какие документы подписать, а потом съездим попить кофе и поговорим? Согласна?

— Конечно! Я как раз жду, когда строители закончат работу, — ответила я, краем глаза наблюдая, как на парковке у клиники паркуется знакомый до зубной боли «Гелик».

И сердце пропустило удар. А затем еще один. И дыхание сбилось и стало прерывистым.

— Ну вот и отлично! — подмигнул мне Андрей, развернулся и быстрым шагом направился к зданию напротив.

Я не хотела оборачиваться. И вступать в перепалки с Хамидзе больше не желала — и так слишком много эмоций он во мне вызывал. Неконтролируемых! Но тело как-то само повернулось в его сторону, а я вздрогнула.

Хамидзе выглядел недовольным. Очень недовольным!

Он был одет в теплый шерстяной свитер с горлом, спортивные штаны и нахальство! И, кажется, совершенно не мерз.

Хасан Муратович спрятал ладони в карманы брюк, сверкнул глазами и решительно пошел ко мне. А я словно мантру повторяла, что я ледяная, спокойная и рассудительная женщина!

Я спокойна! Спокойна! И меня совершенно не волнует его приближение!

Хасан шел медленно и уверенно, сокращая расстояние между нами, а у меня сердце в висках забилось. И, кажется, даже румянец на щеках появился.

И снова в груди поднялась волна того, что контролю не подлежало.

Он подошел совсем близко и, кажется, даже струйку дыма из носа пустил. Весь его вид, поза и манеры говорили о том, что Хасан Муратович зол.

Я спокойна!

— Шипи мне в лицо, паникерша, по телефону неинтересно, — прогрохотал он.

Нет, уже не спокойна! Надо запомнить, что конкретно мне с ним аутотренинг не помогает!

Данелия

На несколько мгновений я потеряла дар речи, а Хамидзе зло ухмылялся. И ждал.

— Хасан Муратович, я не вижу рядом с вами переводчика со змеиного, — нервно ответила я.

— Я по дороге выучил, — сострил он.

— Да вы полиглот! — издевательски восхитилась я.

— Я в принципе умный, — скромностью Хамидзе точно не страдал.

— И безответственный! Своего ребенка не бережете, и моего туда же! Вы скоропостижно выживаете из ума, да? Совершенно не учитываете риски вашего нахождения за рулем…