Книга Спаси меня, папа-доктор, страница 2 – Елена Верная

— Нет. Наверное, нет. Ну, вы же знаете Афанасьева, — Наташа криво улыбнулась. — Он не будет просить помощи, а мне-то что лезть.

Афанасьева я, к сожалению, знаю. И знаю, что он считает, что я получил эту должность не за талант, умения и опыт, а потому, что у меня отец — главный меценат больницы. Афанасьев считает, что я занял это место незаслуженно. А если конкретнее, он считает, что я занял его место. Поэтому ни совета, ни помощи он ни у кого не просит, озлобился, и сейчас у нас с ним очень тяжелые отношения.

Я сгребаю со стола документы, беру женскую сумку и подхватываю на руки ребенка.

— Я займусь всем, Наташ, — успокаивают медсестру, которая облегченно выдыхает.

Ребенок доверчиво вцепился в меня, обнимая за шею. Я удивленно смотрю в детское личико. Такой взгляд знакомый, словно на кого-то похожа малышка.

Ребенок опускает голову на плечо, и я несу ее дальше по коридору, ловя на себе любопытные взгляды. Уже будучи в ординаторской, понимаю, что ребенок после пережитого стресса уснул. Осторожно, чтобы ее не разбудить, перекладываю на диван, а сам сажусь рядом, чтобы малышка не упала. Начинаю разбирать документы и все, что составили врачи скорой. Первое, что бросается в глаза, — это мама. Исаева Елизавета Константиновна. Дрожащими руками достаю коричневую книжечку паспортаи уже знаю, что там увижу. Пострадавшая девушка, которую увезли в операционную с кучей травм, — это моя бывшая жена Лиза, с которой мы развелись чуть меньше двух лет назад.

Не могу справиться с эмоциями и, вскочив, делаю пару кругов по кабинету. Лиза сейчас там, наверху, борется со смертью. Подбегаю к раковине и, включив воду, умываюсь, чтобы немного прийти в себя. Как так произошло? Куда она ехала? Зачем?

Слышу ворочание за спиной и, обернувшись, смотрю на спящего ребенка, которого побеспокоил созданный мной шум. Выключаю воду и сажусь на диван, тихонько поглаживая малышку по спине и боку, чтобы она почувствовала тепло руки и не проснулась. У Лизы есть ребенок?

Воспоминания накатывают, но я отмахиваюсь от них. Не до того сейчас. Роюсь в сумке. Кошелек, телефон, какие-то женские мелочи, детская игрушка. Ищу свидетельство о рождении ребенка. Перерыл всю сумку, а потом взгляд падает на документы, что передала детская скорая. Точно, зеленый бланк свидетельства о рождении сложен, и потому я его сразу и не приметил. Открываю и читаю: Исаева Екатерина Евгеньевна. Ей буквально пару месяцев назад исполнился год. Евгеньевна? Глаза сами забегали по строчкам, ища нужную, но она сразу бросилась в глаза жирным прочерком. Данных об отце нет.

Словами сложно описать все, что у меня бушует сейчас внутри. Смотрю на дату рождения. Что-то в голове не сходится. Встряхиваю голову, чтобы не думать об этом. Не о том ты, Женя, думаешь, не о том. Надо найти того, кому передать ребенка. Отца? Но как? Может, мать? Позвонить Любовь Олеговне? Роюсь в телефоне, но понимаю, что после развода в сердцах от злости удалил все, что меня связывало с бывшей женой. Но у меня же есть телефон Лизы. Нажимаю на кнопочку сбоку и вижу код-пароль. Зависаю, не зная, что именно делать. Нажимаю код, что когда-то был у нее на телефоне. Нет. Не подходит. Дату рождения Лизы — тоже не подходит. Бросаю взгляд на свидетельство о рождении и ввожу дату рождения ее дочери. Телефон разблокировался, и на экране появилась фотография улыбающейся бывшей жены и девочки, что мирно посапывает на диване. Роюсь в телефоне, но кроме фото ребенка в телефоне ничего нет, а в справочнике всего номеров десять, не больше. Кто из них может быть отцом ребенка — не знаю. Лиза всех сохраняет пофамильно, так что сложно угадать,кто такая Любовь Олеговна Исаева, если не знать точно, что это ее мать. Смотрю на номер и набираюсь решимости. Достаю свой телефон, так как звонить с телефона Лизы мне кажется перебором. И без того сейчас расскажу женщине, что у нее дочь в ДТП попала, а тут еще и с телефона дочери. В общем, не хочу пугать женщину заранее. Хотя моя бывшая теща не из тех, кого можно так легко испугать, но прошло два года, и потому все могло за это время измениться.