Книга Пазори, страница 66 – Валерий Горшков

– Завтра в это время, – выговорил шаман, вертя головой точно сорока. – Вторую половину пути от треугольного камня иди пешком.

– Куда именно я должен идти?

– Прямо за харпом, – ответил я нянгы. – Мимо не пройдёшь. Сегодня не иди. Сегодня не найдёшь кого ищешь.

– Ты сказал Рюмин погиб, – попытал счастья я. – Ты можешь найти его тело?

Он вновь протянул руку и буквально выдернул пуговицу из моих пальцев. Понюхал. Вернул.

– Тело в Тамбее, – сказал он. – Душу похитили. Нужен выду тана, чтобы отыскать.

– А можешь найти меня? – спросил я, протягивая наручные часы.

Шамана просьба, похоже совсем не удивила. Он понюхал резиновый ремешок и лизнул пластиковое стекло. Почавкал. Отдал часы обратно.

– Ты тоже мёртв, – сказал он. – И твоё тело там же, где предыдущее.

– Но вот он же я! – усмехнулся я, почему-то не испугавшись слов тадебе. – Живой!

– Инд'да ти'сь, – возразил шаман. – Душа улетела.

– Это же невозможно, – уже напрягшись, проговорил я.

Не получалось осознать, каким образом я мог быть мертвецом возрастом около сорока двух тысяч лет, которого сам же исследовал, будучи живым, но при этом не имеющим души, которая куда-то улетела.

– Куда улетела? – спросил я.

– В Среднем мире её нет, – ответил шаман. – Для её поиска тебе нужен выду тана.

– Найди для меня его.

Мужчина повернул ко мне голову боком и точно глаз вперил в меня круглую нашивку сбоку капюшона, которая напоминала солнце. Сделал он это настолько естественно, что я даже сжался, точно он и впрямь зыркнул на меня.

– Сильный выду тана в Салехарде, – подсказал он.

– Да что вы все заладили с этим салехардским тадебе! – не вытерпел я. – Других что ли у вас нет? Или он вам за рекламу платит?

– Эрвэдась! – отмахнулся я нянгы. – Трещишь без умолку! Тебе другой выду тана не поможет.

– Как я узнаю того самого?

– Железный клык.

– Что это значит? – спросил я. – Это его прозвище?

– Са''ладырць… – вздохнул шаман. – Трудно будет не понять, когда его увидишь.

Он ударил в пензер и замер, запрокинув к небу бубен с колотушкой. Стоял так довольно долго, а затем вдруг отпрянул от своего оцепенения, сбросил капюшон и поспешил к нартам. От его забавной пружинящей походки металл на одежде коротко позвякивал.

Я нянгы спрятал в узелок бубен, прикрыл своё ритуальное одеяние блеклыми шкурами и забрался на нарты.

– Подвезу, – сказал он.

Нарты понесли точно по рельсам. Они мягко скользили, почти бесшумно взрезая полозьями нетронутый снег. Пахло оленями. Втроём они синхронно работали копытами впереди, отбрасывая из-под них комки снега. Тряслись бубенцы, развешанные на нартах. Я улыбнулся, осознав, что это были настоящие сани Деда Мороза – запряжённые в оленей, красного цвета, с золотыми бубенчиками. Да и я нянгы был весь из себя такой пёстрый и праздничный, разве что без бороды. Но вполне мог сойти за доброго волшебника.

– Вы один делаете переход? – спросил я, осознав, что три оленя – маловато для кочевника.

– Я уехал далеко вперёд после очищения, – сказал он. – Почувствовал, что требуются мои знания. Семья меня после нагонит.

Мне представилась большая удача поговорить с шаманом, которому я доверял, о вещах, в которых я не разбирался. Несмотря на все объяснения, ощущение, что Нойко умело водил меня за нос, только крепло с каждой минутой. Я не мог объяснить эти переживания рационально, скорее у меня возникло какое-то шестое чувство.