Онлайн книга «Гидра»
|
– Я… – До Берлина дийшов. – От звонка до звонка, – отозвались люди-тени. – Нужны две пары, – распорядился Вася. – Ветеран берет малолетку. Муса, на тебе – начало поселка. Бондарь – на тебе та сторона. Идите, как по селу с фрицами. Кто найдет Галю… – Сигнал такой… – Муса заухал, подражая сове. – Отлично. Встречаетесь в середке. Если Гали в поселке нет, идите вниз по течению. – А в-вы? – Сперва за взрывчаткой. Вдругоряд – вызволим заключенных. Вопросы? Ну что ты, Филька, руку тянешь, как в школе? – Хочу спросить, не помешает ли Церцвадзе геморрой? – Да я тебя! – замахнулся бурильщик на наглого Фильку. Сезонники хихикнули. – Досыть балакаты, Филиппэ, пишлы на розвидку. – Я с Мусой! – вызвался Глеб. – Я уже был в конторе. – Добро. Ни пуха. Глеб полез за котловым по булыгам. Страх, как мощный динамик, превращал тихий перестук камушков под подошвами в оглушительный грохот, который вот-вот привлечет внимание юеров. У штакетин позади темной избы Глеб спросил шепотом: – К-как вы на войне б-б-боролись с-со… – Со страхом? – Муса понимающе улыбнулся. – От него, дружище, никуда не деться. Ты думай о том, что они тоже боятся. – Юеры? – И юеры, и тварь в земле. И Ктулху, и Азатот, и Господь Бог, если он есть. Все сущее боится. Я когда стрелял, представлял, что не в немца стреляю, а в свой страх. Муса потрепал Глеба по плечу. – Ну, идем. Они юркнули в проулок, прислушиваясь. Фонари не горели, но что-то мерцало в окне конторы. Свеча? – Постой, – шепнул Глеб. – Глянем тот дом, он ближе. Глеб проскользнул к избе, из которой несколько дней назад забирал Галин чемодан. – Баню проверьте, Муса. – Есть, командир! Они рассредоточились. Глеб достал одолженный в лагере фонарик, включил его, прикрывая ладонью, и сразу выключил – так по дороге сюда инструктировал Вася. Секунды хватило, чтобы убедиться: Гали в комнате нет. Одновременно с Мусой он вышел во двор. – В бане нашел. – Котловой показал грязную туфельку. «Вот и вторая», – подумал Глеб, мрачнея. Но вещица из кожи и каучука – привет от Гали – сработала эффективнее, чем топор в руке. Она наполнила Глеба злой решимостью. – Идемте за рацией. – Журналист. – Чего? – Ты это… заикаться перестал. – Точно. – Удивленный Глеб потрогал губы. Страх никуда не делся, но, кажется, преобразовался во что-то новое, в топливо, ведущее вперед. Прячась в тени забора, партизаны двинулись к конторе. Как и в прошлое воскресенье, дверь треста была распахнута настежь. Огонек в окне погас – или вовсе померещился. «Не ходи», – раздался в голове голос Мишки Аверьянова. – Здесь подождешь? – обернулся Муса. – Нет. Они поднялись по ступенькам. Муса не сводил ствола винтовки с темной утробы дома. «Дом паука», – подумал Глеб. Заскрипели половицы: они тут, лазутчики тут! Лунный свет проникал в помещение сквозь пыльные окна, вырывая из мрака предметы, придавая лавке и венскому стулу толику зловещей таинственности. На плакате гидростроители, парень и девушка, яростно улыбались, позируя у плотины. Длинноногий сенокосец пробежал по их одухотворенным лицам. Муса прицелился в дверной проем, кивнул и переступил порог. Бюст Ленина оброс тенями, обзавелся фантомными щупальцами на бороде. Дверь в комнату с радиостанцией была закрыта. Муса указал на нее дулом и мимикой отдал ясный без слов приказ. Глеб прокрался вдоль стены, взялся за ручку и потянул дверь на себя. |