Онлайн книга «Гидра»
|
Галя слушала критику сумасшедшей сельской бабы, не веря собственным ушам. Страх, стыд, унизительность ситуации сплетались в комок ярости. – На меня знаешь как мужики пялились? – Стешка выжала губку в ведро. – Сиськи по молодости были как арбузы, не то что у тебя, плоскодонки. Но мне пипирки их даром не сдались… я исполкомовским отказывала… – Зачем вы это делаете? – перебила словесный поток Галя. – Чтоб ты чистой была пред матушкой. – Зачем вы служите злу? – Зло, добро… – проворчала Стешка. – Сами придумали, сами верите. Медведь в тайге – это зло или добро? Тойон, на которого моя семья горбатилась, – зло? Я его вот этими руками кокнула, потому что большевики разрешили. Получается, большевики – добро? Нет, дура, добро – это то, от чего мне хорошо. – Вам хорошо от убийств? – Дай подумать… Тойона убила – хорошо было. Мужа отравила – на седьмом небе была… – Вы – чудовище, – процедила Галя. – Ай, как оскорбила! – Стешка выпрямилась и поелозила губкой по Галиному лицу. Мыло защипало глаза. Галя мотнула головой. – Вы в партию вступаете, потому что картавому поверили? Нет, чтоб жилось сытно. Я свою партию нашла, свою Лениниху. Она меня озолотит, власть даст над стадом вашим поганым. Я, Степанида, решать стану, кому жить, кому подыхать. – Что вы со мной сделаете? – Голос Гали предательски задрожал. – Повезло тебе, дрянь. Они все сдохнут, как жили, без смысла, без причин. Ни могил не будет, ни памяти. А тебя мы запомним. Ты – одна такая, кто снимет печать. Тебя матушка в уста поцелует. Дырку дай. Галя сжала зубы, почувствовав, как губка царапает нежную плоть меж ног. Ах, если бы она могла – засунула бы эту губку в глотку сектантской корове. – Открывай! У Гали скрутило живот. Она уставилась в ужасе в сенцы. – Открывай, Стешка! – крикнул Золотарев. – Подождешь, – буркнула Стешка без пиетета. Взяла полотенце и принялась обтирать вымытое тело. – Где детки? – спросила она, глядя Гале в глаза. – Кто? – Эти. – Стешка пошевелила пальцами у рта, изображая щупальца. – Я их больше не слышу. Галя осклабилась. – Потому что мы их убили. Всех перестреляли, всех! Стешка сощурилась, прикидывая, лжет ли пленница. – И вас перестреляем, – пообещала Галя. – Ничего, – сказала Стешка. – Новых деток впустим. Главное – матушку освободить. В дверь заколотили. – Стешка, псина ссанная, отвори, дай на голую актрисулю посмотреть! – Не впускайте его! – взмолилась запаниковавшая Галя. – Не бойся, – смягчилась Стешка. – Снасильничать не позволю. – Стешка!! – Дверь затряслась на петлях. – Я только передерну! – На Ярцева передерни, говноед. – Стешка вынула из кармана телогрейки ключ. – Без глупостей. Она привстала на цыпочки – Галя могла бы вцепиться зубами в рябую щеку, а то и в Стешкино горло, но что дальше? «Не думай, – сказал внутренний голос, – загрызи ее, все равно умирать, хоть какое-то утешение…» Галя не поддалась соблазну. Ключ отстегнул браслет, цепочка соскользнула с крюка, пятки воссоединились с полом. Галя вскрикнула. Казалось, по руке от плеча вниз полилась лава. Стешка отстегнула второй браслет и убрала кандалы в карман. На запястьях краснели ссадины. Галя встряхивала кистями, нормализируя кровообращение, и судорожно соображала, как ей распорядиться мнимой свободой. – Не шали, – предупредила Стешка. |