Книга Попаданка. Жена по приказу императора, страница 186 – Юлий Люцифер

— Теперь уже нет.

Он резко поднялся и помог мне сесть.

В правой нише, откуда вылетело лезвие, медленно гас один из символов.

— Значит, зал реагирует не только на выбор пути, — сказал он. — А ещё на распределение ролей.

— В смысле?

Он посмотрел на меня с мрачным пониманием.

— Возможно, он не принял, что ты пошла одна.

Я уставилась на него.

— То есть древняя магическая ловушка только что наказала меня за отсутствие мужчины рядом?

— Нет. — Он покачал головой. — За отсутствие связки носительницы и хранителя. Это не одно и то же.

— Очень хочется сейчас поспорить, но как-то неудобно лежать рядом с доказательством обратного.

Он коротко, почти зло усмехнулся.

— Встань.

Мы поднялись.

На этот раз Кайрен подошёл к третьей дорожке первым, но не шагнул. Вместо этого протянул руку мне.

— Вместе.

— Это начинает входить у нас в дурную привычку.

— Главное, чтобы не в последнюю.

Я вложила пальцы в его ладонь.

И мы шагнули одновременно.

Первая плита под ногами засветиласьровно и спокойно.

Вторая — тоже.

Третья — чуть ярче.

Мы шли медленно, как по тонкому льду, где цена ошибки слишком высока, чтобы позволить себе лишнюю мысль. Кайрен держал меня не за запястье и не за локоть, а именно за руку, и это было почти невыносимо. Не потому, что неприятно. Наоборот. Слишком правильно. Слишком легко тело запоминало это, хотя разум уже устал повторять, что выбирать его — дурная идея.

На середине дорожки зал изменился.

Сначала я не поняла как.

Потом увидела: стены в нишах начали темнеть, а в самих нишах постепенно проступали фигуры. Не живые. Не настоящие. Образы. Люди. Женщины. Одна держала младенца. Другая сидела на коленях перед мужчиной. Третья стояла у окна, опустив голову. Четвёртая шла по коридору с книгой в руках. И чем чётче становились фигуры, тем сильнее я понимала — это не случайные тени. Это носительницы до меня.

— Кайрен.

— Вижу.

— Это…

— Да.

Первая фигура подняла голову.

И я увидела, что её лицо похоже на моё. Не полностью. Но достаточно, чтобы внутри всё сжалось. Род. Кровь. Линия женщин, которых веками вели сюда под разными именами и разными поводами.

Одна за другой фигуры начали говорить.

Не ртом. Голосом внутри головы.

Согласилась.

Боялась.

Молчала.

Надеялась.

Род выбрал за неё.

Муж выбрал за неё.

Совет выбрал за неё.

С каждым словом воздух становился тяжелее.

Я поняла, что это не просто память.

Это проверка.

Если я сейчас позволю этим голосам войти слишком глубоко, зал, возможно, решит, что и я пришла сюда как очередная покорная, очередная «правильная» носительница, которую ведут чужие решения.

Камень на груди начал нагреваться.

Кайрен почувствовал это раньше, чем я успела сорваться.

— Смотри на меня.

— Опять?

— Да. Опять.

— У тебя иссякнет фантазия.

— Переживу.

Я подняла глаза.

Он шёл рядом, не ускоряясь, не дёргая меня вперёд, но и не позволяя замедлиться. В его лице сейчас не было ничего от Ардена, хранителя, мужчины при дворе. Только очень жёсткая сосредоточенность человека, который удерживает ещё и меня.

— Они хотят, чтобы ты услышала их как предупреждение, а не как приговор, — сказал он.

— Откуда ты знаешь?

— Потому что если бы это был приговор, зал уже пытался бы сломать тебе волю, а не показывалцепь.

— Очень утешительно.

— Аня.

Он произнёс моё имя так, что я замолчала.