Книга Тени с бульвара Ирисов, страница 91 – Лия Виата

– Обе в каком-то смысле правдивы, – сообщил Ноа и подался чуть ближе.

Глаза у него хищно заблестели. Он впервые смотрел на неё с любопытством, а Пенелопа никак не могла решить, хорошо это или плохо.

– Зачем ему понадобилось скрывать свою личность? – вновь спросил он.

Пенелопа сжала нож с такой силой, что костяшки пальцев побелели.

– Я не знаю, – выдавила она из себя.

– Знаешь! – Ноа резко ударил по столу между ними кулаком, отчего Пенелопа вздрогнула. – Прекрати корчить из себя слепую дуру. Тебе это не идёт.

Пенелопа сглотнула и почувствовала себя обнажённой. Этот мужчина видел её насквозь, читал мысли и запускал когти в подсознание с невероятной лёгкостью. Неприятная правда соскользнула с языка прежде, чем она успела её остановить:

– Он совершал преступления. Возможно, очень серьёзные.

– О, ты даже не представляешь, насколько ты права. – Ноа расслабился и откинулся на спинку кресла.

Настроение у него по одной ему только ведомой причине стало лучше. Он вытащил из кармана фотографию и протянул её Пенелопе. Она с опаской взяла её и всмотрелась в лица девушки и трёх парней. Большинству на вид было около семнадцати, а последний парень выглядел лет на десять их старше. Они стояли на свалке в рваной одежде. В горле у неё возник ком.

– Узнаёшь кого-нибудь? – уточнил Ноа.

– Да. – Она указала на самого взрослого парня с синими глазами. – Это Нестор.

– Если точнее, то Хьюго Дейли. Так его назвали в приюте, когда мать от него отказалась, – наконец поделился с ней хоть какой-то информацией Ноа. – Он потом долго ещё после выпуска помогал приюту.

Сердце Пенелопы опустилось. Осознавать, что дорогой и любимый человек, который заменил тебе отца, на самом деле постоянно скрывал свою личность, оказалось больно.

– Кого ещё ты там видишь? – продолжил допрос Ноа.

Пенелопа нахмурилась и внимательно посмотрела на изображённую троицу.

– Один из них ты, – ответила она, имея в виду одного из двух оставшихся мальчишек-близнецов. – А девушка… Это Николь?

Пенелопа с удивлением рассматривала лицо действующего президента Тесвиерии и не верила собственным глазам.

– Всё верно. Мы росли в одном приюте. Эта фотография была сделана прямо перед нашим выпуском. Из нас всех только Николь выбрала хорошую дорожку. Мне тогда явно следовало пойти за ней, а не за Фабианом. Впрочем, её он тоже умудрился в своё время хорошенько использовать, – сказал Ноа. – Как думаешь, что такого могли сделать двое наивных мальчишек под руководством жестокого манипулятора, за что теперь даже не могут спокойно умереть?

Внутри Пенелопы всё похолодело. Она знала ответ, но не готова была его озвучить.

– Скажи это вслух, – с угрозой прошипел Ноа.

– Вступили в ГБО, – сухими губами произнесла она.

– Хуже. Они его основали. – Ноа мрачно улыбнулся, наблюдая за тем, как бледнеет Пенелопа. – Думаю, мне не нужно напоминать тебе, что ты умудрилась перейти дорогу Фабиану уже не один раз. Пока что он выжидает, уйдя в подполье, но когда нанесёт удар, ты можешь лишиться всего, что тебе дорого.

Ноа положил на стол чёрную карточку с написанным на ней белым карандашом номером телефона.

– Когда он явится за тобой, позвони мне. Я обязан придушить его собственными руками. – Ноа встал с кресла.

– И это всё? – удивлённо спросила Пенелопа, понимая, что он собрался уйти.