Книга Марийон, Зима в Венесшале, страница 7 – Вера Платонова

— Да какая романтика, Лекси, ты же почти мне как сестра. — отшутилась Марийон.

В каюту громко постучали.

Мари с Лексом замерли, переглянувшись.

— Спокойно. Наши друзья остались на берегу, мы это своими глазами видели. Не паникуй. — прошептала Мари.

— А вдруг это он? — прошептал Лекс.

— Кто? — шепнула в ответ Мари.

— Усатый! Пришел меня любить! — и с ужасом посмотрел на Мари.

Мари захихикала. Постучали еще раз более настойчиво.

— Ладно, открою. — сказала Мари и пошла к щеколде. За дверью стоял высокий немолодой мужчина с отменнойвыправкой, по фуражке и белоснежному кителю, явно капитан корабля, а по покрасневшему с синеватыми прожилками носу — явно любитель выпить.

— Добрый день, мадемуазель! — поздоровался капитан. — Иеремия Шогель, капитан этого славного судна. — К сожалению, не смог лично приветствовать вас во время подъема по трапу, задержали в порту, за что приношу свои глубочайшие извинения. Однако по спискам, у меня здесь должен находиться Принц Венесшальский, Александр Ванбродден со слугой, но никак не прекрасная незнакомка.

Лекс уже стоял возле Мари, протягивая руку капитану:

— Александр Ванбродден, это я! Очень приятно. Вот мои документы. — Он подождал, пока капитан изучит его паспорт. — А вот со слугой моим вышло недоразумение. Удрал от меня в Вижевицах, он из этих, эмансипированных! Вот горничную взял, Леону. Леона, покажи паспорт уважаемому капитану.

Мари нарочито медленно пошла к саквояжу, размышляя, как объяснить, что в ее паспорте значится не Элеонор Германн, а Марийон Эдо, но капитан махнул рукой и сказал:

— Обойдемся без этой формальности. У вас прекрасная горничная. Завтрак, обед и ужин включены в стоимость вашей поездки, предупреждаю, что уже послезавтра мы войдем в воды Северного моря и погода будет меняться соответственно. Что еще… В общем, вы можете обратиться ко мне в любой момент и по-любому вопросу, я буду либо на мостике, либо у себя в каюте. — заверил он больше Марийон, чем Лекса, а затем еще чуть задержал на молодой женщине взгляд и откланялся.

— Клянусь, он запална тебя. — резюмировал Лекс. — Что неудивительно. У тебя жутко хорошенькая мордашка. И я планирую начать рисовать тебя сегодня ню. Идет?

— А ню это как?

2.

Естественно, после того. Как Мари узнала, что написание портретов с натуры в стиле ню предполагает полное обнажение той самой натуры, в Лекса прилетел башмак. И после коротких препирательств, они договорились выйти прогуляться по палубе, оставив Забияку, которому явно не нравилось в море, сидеть под кроватью.

— Столько одинаковых кают! Не потерять бы свою. — Мари привязала на ручку своей двери тонкую атласную ленточку. — Вот, так будет попроще. Я бы уже и поужинала. Пойдем разведаем, где тут дают еду.

Они пошли гулять по огромному судну, хотя пассажиров было не так уж и много. Как поняла Мари, «Гнев единобожий» был по большей части торговым судном, но имел ряд кают для размещения привилегированных лиц, вроде членов королевских семей, дипломатов, богатых аристократов. Причем их с Лексом каюта была весьма скромной, на судне были варианты размещения и гораздо шикарнее. Впрочем, их каюта имела все необходимое, включая две отдельные кровати, туалетную комнату, и даже столик с креслом, привинченные к полу.

— Смотри, красотка! А рыцарь наш тоже тут. Неужели тоже в Венесшаль направляется?