Книга Анатомия страсти на изнанке Тур-Рина. Том 2, страница 105 – Селина Катрин

С этими словами она достала из кармана какую-то пластель нежно-персикового оттенка и бросила в меня, а затем развернулась и процокала каблуками на выход.

Я перевела взгляд на стремительно оплавляющуюся от температуры пластель перед собой и с удивлением прочитала, что это мой с Зерраксом брачный договор. Вот же сумасшедшая… Она даже копию в РОТРе заказала и носила при себе!

Документ шипел и плавился, как карамель на сковороде. Символично. Ирония заключилась в том, что Аманда верила, будто её ненаглядный сгорел, и даже представить себе не могла, что я перерезала ему глоткулично. В любом случае, я не собиралась ей этого рассказывать.

С уходом женщины с резонаторами цварга стало чуть легче дышать. На минуту, может, полторы. Силы очень медленно возвращались ко мне, пальцы вновь стали сгибаться, ушло противное гудение из головы, но комната была полна дыма. Он вился по углам, щипал глаза и горло. Я закашлялась, и Нелли тоже. Мы делали мучительные вздохи, похожие на птиц, зажатых в клетке. В какой-то момент пламя перекинулось на потолок, зазвенело стекло, полностью осыпавшись, в нас дунуло ветром, только увы, от него стало лишь жарче всему телу.

— Нелли, уходи! — сказала я, кашляя и стараясь спрятать лицо в белье с кровати.

Ноги всё ещё ощущались не своими и не хотели слушаться. Я цеплялась за край кровати, будто за спасательный круг. Всё, что помогало думать, уходило в один узкий канал: продержаться ещё чуть-чуть. Последние минуты Аманда концентрировала свои сверхсилы явно на мне, а не на девочке.

Нелли встала, сделала пару неуверенных шагов в сторону выхода, затем обернулась и посмотрела на меня так, будто хотела втиснуть мою судьбу в свою детскую грудь. В этот миг в потолке что-то треснуло. Я увидела, как старая лампа сорвалась и полетела в меня. Всё происходило как в замедленной съёмке: искры, щепки, огонь, и… никакой боли. Нелли взмахнула крылом — и раскалённая лампа скатилась по нему, так и не коснувшись меня.

— Крылья хоть и уродливые, но жаропрочные, — впервые заговорила девочка, уставившись на меня огромными фиалковыми глазами.

«Ну да, от дракоршей же ведь, логично», — подумала я и тут же мотнула головой.

— Тем более беги. У тебя получится. Налево, вниз по лестнице, и там выскочишь на улицу. Так быстрее всего.

— Я никуда не уйду без вас! — внезапно заявил ребёнок. Она шагнула ко мне и стиснула рукав.

В любой другой ситуации я бы умилилась, но… не в этот раз. Нелли ужасно напоминала Лею и в то же время была ни капли на неё не похожа. На меня смотрели фиалковые, как у большинства эльтониек, глаза, но они были очень серьёзными. Я бы никогда не сказала, что девочке передо мной всего девять лет. В этих глазах отражалось слишком много решительности, печали и колоссального жизненного опыта, который, к счастью, и неснился моей родной дочери.

Что же Кракен с тобой сделал, малышка…

— Беги, Нелли. Я слишком тяжёлая, ты всё равно меня не унесёшь. Спасайся сама, а я, как приду в себя, тоже смогу выйти отсюда.

— А если твои ноги восстановятся слишком медленно? Если ты не успеешь?

Будь передо мной Лея, я бы, конечно, соврала. Но Нелли врать язык не повернулся.

— Значит, я здесь умру. Беги, милая.

Девочка моей расы внезапно серьёзно кивнула, молча крепко обняла и вышла прочь, прикрываясь своими огромными кожаными крыльями. Я смотрела ей вслед, всё ещё почти не чувствуя ног.