Книга Анатомия страсти на изнанке Тур-Рина. Том 2, страница 104 – Селина Катрин

Я вздрогнула. Вот, оказывается, почему мне отказывали в элементарном праве на звонок. И вот почему фамилия Аманды мне показалась такой знакомой… Её называл не Оливер, её называл Сирил, когда готовил меня к суду! Он говорил, что некий секретарь Зил’Таар, поверенный Зерракса, не придёт на заседание, со стороны обвинительной стороны будет лишь прокурор, и нам «повезло», но я на тот момент так сильно была поглощена переживаниями и инструкцией о признании в любви Хавьеру, что просто всё пропустила мимо ушей… А когда вернулась, всё наследство покойного мужа обрушилось на меня, и я вновь забыла ту фамилию.

«Эстери! Если бы ты была хоть чуточку внимательнее!..»

— Ты права, я не достойна. Всего лишь хозяйка «Фокс Клиникс», известная как Кровавая Тери на изнанке, и прикрытие Хавьера. Ты же — его настоящая любовь. Он всегда это говорил. Когда он вернётся…

— Врёшь!!! — заорала Аманда так, что захотелось закрыть уши.

Собственно, так и поступила Нелли. По палате прошла вибрация, и панели на стенах дрогнули. Свет моргнул.

Аманда отступила на шаг, схватилась за голову, словно пытаясь удержать внутри что-то рвущееся наружу.

— Врё-о-ошь! — орала Аманда, и слёзы ручьями потекли у неё по лицу. — Я так и знала! Он никогда не назвал бы меня своей любовью… Собственностью — да, лучшей помощницей, но не любовью!

Я до боли закусила губу. Психопат Хавьер, чтоб тебя… Даже из могилы насолил!

— Он был моим! — кричала она. — Моим! Я первая вошла с ним в операционную, первая касалась его идей, его крови, его будущего! А ты пришла как грязная подделка и отняла всё!.. Из-за тебя он умер, так умри и ты!

Я сперва не поняла, что именно задумала эта безумная: слишком замедленнаяреакция у меня была, и приходило понимание с запозданием. Аманда сорвала с кронштейна огнетушитель и бросила его в окно; звон бьющегося стекла взорвался в ушах болью и тут же смешался с тяжёлым горьким запахом внезапно повалившего дыма.

Тут же вспомнилось, что аэротоксичные микропары в воздухе над Мордисом легко воспламеняемы. В следующую секунду Зил’Таар схватила дефибриллятор и, повернувшись спиной, что-то сделала. Очевидно, закоротила, потому что в этот момент вся её фигура опуталась густым тёмно-синим дымом, а ворох мелких искр рассыпался по полу и мелкой технике, стоящей у окна.

Сигнализация взвыла, сирена расколола воздух; панели моргнули, и на миг комната превратилась в кадр из кошмара: фигуры в белом, тёмные пятна от дыма, беготня теней. Я закашлялась, горло сдавило.

— Что ты делаешь? Прекрати! — Я попыталась образумить безумную: — Сейчас сюда прибежит весь персонал. Помоги нам выбраться, и обещаю, я отменю указ об увольнении!

Однако всё было тщетно. Аманда Зил’Таар сошла с ума на почве обожания и ревности к своему Творцу.

— Да никто сюда не прибежит, здесь же никого нет, — произнесла она, выделив интонацией последние слова.

Стойка с бинтами опрокинулась, и мгновенно загоревшаяся марля облепила туфлю Аманды, но та даже не заметила этого.

— А даже если кто-то и вспомнит, что в это здание изолировали один из образцов в зоопарке, — она скользнула взглядом по Нелли, и та содрогнулась всем телом, — то неужели ты наивно думаешь, что кто-то рискнёт своей жизнью и сунется в огонь ради неё? Ты умрёшь, Эстери, здесь, среди огня, так же, как умер Хавьер! Сгоришь заживо!