Книга Анатомия страсти на изнанке Тур-Рина. Том 1, страница 82 – Селина Катрин

Улыбка на моём лице осталась как приклеенная, а внутри медленно сжималось что-то тёплое и живое, в панике пытаясь отползти подальше от голоса этого мужчины. Он говорил про грудные клетки и хрящи будто про любимые игрушки.

— Почему все боятся смотреть на органы? Они ведь идеальны. Ни одной лишней детали. Ни одной маски. Только честная биология. Я уважаю честность. Особенно ту, которая у всех под рёбрами. Говорят, нас тянет к другим по запаху. Но с тобой, Тери, дело не в запахе. — Он сделал паузу и облизал пухлые губы, чётко глядя мне в глаза. — С тобой дело — в текстуре личности. В психике. В той самой, правильно искривлённой структуре, в нужных местах с трещинками, как у меня. Признайся, тебе же ведь тоже нравится втыкать скальпель в тело и смотреть, как течёт кровь?

В данный момент я думала лишь о том, что зря оставила этот самый скальпель в кабинете «Фокс Клиникс». Увы, прямо перед выходом меня дёрнула мысль, что многие элитные рестораны Тур-Рина сейчас оснащаются металлодетекторами на входе и будет странно, если у меня найдут такое при себе…

— Многие считают меня извращенцем.

«О нет, ты гораздо хуже».

— А на самом деле я просто честный человек. Я не делаю вид, что мне не нравится разрезать. А тебе ведь тоже нравится, да? — Он потянулся к моему лицу и заправил выпавший локон за ухо. Каюсь, я так старалась не выдать мимикой всё, о чём думаю, что даже не шелохнулась. — Ты нашла своему хобби «социально приемлемое» применение… но в душе, я уверен, мы с тобой одинаковые, Тери.

— Возможно. — Мой голос слегка охрип, и пришлось кашлянуть.

— А хочешь… покажу тебе кое-что? — Он откинулся на спинку кресла, но взгляд ни на миг не оторвался от меня. — У меня на складе новая партия... интересного материала. Можно будет повеселиться. Думаю, ты оценишь. У тебя ведь отличный глаз, Тери. Ты сразу поймёшь, какие экземпляры идеальные. Ты поела?

— Да… я закончила. — Я бросила взгляд на салат, от которого смогла проглотить лишь помидор, и кивнула. Есть совершенно нехотелось. Хотелось увидеть Лею, но увы, я не могла сейчас себе этого позволить. Судя по горящему взгляду Хавьера, наше свидание было в самом разгаре.

— Тогда пойдём, драгоценная Тери.

***В обратную сторону — точнее, в сторону сюрприза Хавьера — мы ехали на заднем сиденье флаера. Он держал мою руку в своих ладонях, мужские пальцы двигались медленно, с тем особым вниманием, с каким психопаты обычно разглядывают инструменты для пыток. Большой палец раз за разом проходился по внутренней стороне запястья, будто выискивая точку доступа к венам, и каждый раз задерживался на массивных золотых браслетах. Они ему нравились. Я видела это по тому, как зрачки едва заметно расширялись, когда его кожа касалась металла.

И это было не про украшения. Не про блеск. Не про статус.

Он видел в этих браслетах то, что хотел видеть — символ подчинения. Браслеты, особенно на запястьях, всегда находятся в том же месте, что и наручники. Они на том же уровне подсознания — улавливаются одинаково. А Хавьер Зерракс, как любой патологический контролёр, тонко чувствовал, где проходят границы и как их размывать. Его возбуждало само наличие ассоциации — что женщина, сидящая рядом, внешне свободна, но, по его логике, уже частично принадлежит ему.