Книга "Феникс". Номер для Его Высочества, страница 123 – Элиан Вайс

Я смущенно покраснела,опуская глаза.

— Пойдёмте, ваше величество. Позвольте, я провожу вас в ваши покои. Вам нужно отдохнуть после всего этого.

— Да уж, — усмехнулся он устало. — Приключений на сегодня более чем достаточно. Пожалуй, на год вперед.

Я проводила короля до дверей его комнаты, дождалась, пока закроется дверь, и только потом, выдохнув, медленно побрела обратно. В гостиной меня ждал Эрик. Он стоял у окна, глядя, как лунная дорожка стелется по темной воде озера.

— Ну как? — тихо спросил он, оборачиваясь на звук моих шагов.

— Всё кончено, — выдохнула я, чувствуя, как напряжение наконец-то отпускает меня, оставляя после себя приятную пустоту. — Кажется, теперь уже навсегда.

— Ты молодец, — он подошел и крепко обнял меня. Я уткнулась носом в его плечо, вдыхая знакомый, родной запах. — Я горжусь тобой. Ты была невероятно смелой.

— Эрик, — прошептала я, прижимаясь к нему ещё крепче, — давай просто жить. Обычной жизнью. Без интриг, без заговоров, без всего этого дворцового безумия. Просто ты и я.

— Давай, — согласился он, гладя меня по спине. В его голосе звучала улыбка. — Завтра же и начнем. Подадим прошение о свадьбе, займемся отелом… Обещаю тебе спокойную жизнь.

Мы стояли, обнявшись, глядя на лунную дорожку за окном. Я чувствовала, как уходит напряжение последних дней, растворяясь в его тепле. Вивьен больше не будет нам мешать. Её власть, построенная на лжи и коварстве, рухнула. Генри… Генри теперь сам будет разбираться со своей жизнью. А у нас впереди — наша собственная история. Свадьба, наш маленький отель на берегу озера, счастливые, тихие вечера.

— Я люблю тебя, — сказала я, глядя ему в глаза.

— И я тебя люблю, — ответил он, и поцеловал меня.

За окном безмолвно сияла луна, легкий ветерок шелестел в листве, озеро тихо плескалось о берег, и весь мир, очистившийся от скверны, казался удивительно прекрасным и безмятежным.

Ночь была самой длинной в моей жизни. Я не спал. Даже не пытался. Я просто лежал на спине, уставившись в белый потолок, и позволял словам Вивьен прокручиваться в голове снова и снова, как заезженная пластинка.

«Ты никто, Генри. Пустое место».

За окном ветер иногда шевелил штору, и лунный свет скользил по комнате, выхватывая из темноты то ножку кресла, то край стола. Но я ничего не видел. Перед глазами стояло только её лицо в тот момент, когда она произносила эти слова. Красивое, спокойное, чужое.

«Только титул у тебя и есть».

Я сжимал кулаки под одеялом, ногти впивались в ладони, но физическая боль не могла перекрыть ту, что разрывала грудь изнутри.

«Ты просто средство. Инструмент».

Я думал о нас. О всех этих годах. Вспоминал, как она смеялась моим шуткам, как касалась моей руки во время прогулок, как шептала «люблю» на ухо ночью. Неужели всё это время она просто играла роль? Неужели я был настолько слеп? Или настолько глуп, что сам хотел быть слепым?

К утру, когда за окном начало сереть, во мне что-то перегорело. Тупая боль сменилась ледяной решимостью. Я резко сел на кровати, и голова закружилась от усталости и голода. Я не помнил, когда ел в последний раз. Накинул камзол прямо на ночную рубашку, кое-как пригладил волосы и вышел в коридор.

Ноги сами привели меня к крылу, где держали Вивьен. Охрана была усилена. Двое стражников в полных доспехах стояли у двери, как каменные изваяния.