Книга Кровавый Король, страница 284 – Элизабет Кэйтр

— Моя госпожа, я всего лишь… Всего лишь должен ей. Она отдала мне своё сердце. Я же похоронил её. Лишь честный обмен, не более.

— Честныйобмен? — Тьма высвобождает его из собственной хватки, приподнимаясь на носочки. — Это сердце, должно принадлежать мне! Не тебе! Ты знать не знаешь, какую силу оно в себе таит, на что способно, и только поэтому, слышишь? Только поэтому ты жив!

— Я не понимаю, о чём Вы говорите, моя госпожа.

Её хриплый смех режет уши.

— Конечно, ты не понимаешь! Но когда научишься полностью контролировать души — поймёшь, — скалится она. — Когда сможешь контролировать даже души Всадников — тогда ты поймёшь, что за силу получил. Ты станешь самым опасныморужием. И ты подчинишься мне, согласно Непростительному Обету.

— Как интересно получается, моя госпожа, — Видару не удаётся удержать в себе яд. — Вы получите силу, Кристайн всё же получит меня — ведь, в этом её выгода, да? А что получу я?

— Трон рядом со мной, — Тьма проводит языком по кончику уха Видара. — Может, женишься ты и не на троих, как я обещала, но на двоих — разве тебя не прельщает перспектива милашки Кристайн и Тьмы, что идёт в подарок с ней?

«Меня прельщает мысль, что я стану твоим хозяином», — но Видар молчит, глядя перед собой.

В голове вспыхивает план. Он знает, как оттянуть время, не служа Тьме (по крайней мере, больше не проливая чужой крови). Осталось лишь в очередной раз стать кукловодом, филигранно подёргать за ниточки, но… как выбраться из того Ада, что он устроит всему миру нежити?

— Почему просто не вырвать моё сердце? — Видар старается держать дыхание под контролем. — Вам бы не пришлось терпеть меня в браке, госпожа, а я бы просто продолжал нести свою службу. К слову, муж из меня не очень, моя бывшая жена, умерла.

Руки Тьмы укладываются на плечи короля, нежно поглаживая приятную ткань камзола. Она от души смеётся, явно позабавившись с шутки.

— Я, может и старая, но не глупая, мой Кровавый Король. Наверняка, как только я погружу сердце в себя — оно взорвётся, или что-то в этом роде. Твоя ведьма умела быть той ещё занозой в заднице, а, значит, точно не позволила бы битьсясвоемусердцу вмоейгруди.

Видар смотрит прямиком в яркие глаза, которые когда-то принадлежали Кристайн. Но, по правде, смотрели в ответ они также влюблённо, как и всегда — словно сознание Кристайн не подавлено, словно Тьма позволяла ей сожительствовать: трогать его, упиваться властью над ним, и возможно даже, чтоКристайн имела право голоса.

Он чувствует, как ладонь останавливается на уровне солнечного сплетения.

— Вы правы, моя госпожа, ведьма всегда умело вставляла палки в колёса.

— Но это не значит, что я не буду тебя наказывать за ложь.

Тьма тихо посмеивается, а затем, небрежно проронив заклинание, пробивает грудную клетку Видара, желая до одури сильно сжать сердце, оставить на нём ожоги четвёртой степени, заставить сдержанного короля кричать от раздирающей боли.

Оглушающий гром разражается в небе, молния раскалывает небосвод на две части, ударяя в постамент за спиной Тьмы. Раскат вибрации по земле отбрасывает Тьму и Видара в разные стороны, ровно посередине меж ними ударяет ещё одна молния. На месте удара вспыхивает огонь.

Наломанный, охрипший от безумия смех Видара сопровождается третьей молнией — уже позади его спины.